Их вполне могли подкупить.
Что ж, возможно, с сомнением сказала я.
Мосье Пуаро легко подозревать моих коллег, продолжал он с видимым раздражением.
А я совершенно уверен, что никто из них не имеет никакого отношения к убийству!
Я работал с ними.
Я их знаю!
Он внезапно замолчал, потом снова заговорил: А вам по опыту это известно?
Что анонимные письма обычно пишут женщины?
Да. Не всегда, конечно.
Но женщины часто дают выход отрицательным эмоциям именно таким способом.
Видимо, вы имеете в виду миссис Меркадо? спросил он.
И тут же покачал головой.
Даже если она так ненавидела Луизу, что решилась причинить ей боль, она не могла бы этого сделать. Она же ничего не знала.
Я вспомнила о старых письмах, которые хранились в чемоданчике.
Может, миссис Лайднер забыла запереть его, а миссис Меркадо, которая, как известно, не любит утруждать себя работой, оставалась одна в доме. Тогда она с легкостью могла обнаружить их и прочитать.
Мужчинам почему-то такие простейшие вещи никогда в голову не приходят!
Но ведь, кроме нее, есть только мисс Джонсон, сказала я, внимательно наблюдая за ним.
Это же просто смешно!
Усмешка, которой он сопровождал эти слова, была весьма убедительной.
Разумеется, он и помыслить не мог о мисс Джонсон!
Минуту-другую я колебалась, но.., ничего не сказала.
Не хотела предавать ее.., просто из женской солидарности. К тому же я видела, как искренне, как трогательно она раскаивается.
Сделанного не воротишь.
Зачем подвергать доктора Лайднера новому испытанию?
Мы условились, что я уеду на следующий день. Через доктора Райли я договорилась, что один-два дня, пока устрою свои дела, поживу у старшей сестры хассанийской больницы, а затем вернусь в Англию через Багдад или прямо через Ниссивин автомобилем, а потом поездом.
Доктор Лайднер был настолько щедр, что предложил мне выбрать что-нибудь на память из вещей его жены.
О нет, доктор Лайднер, сказала я. Благодарю вас, но я не могу принять этого предложения.
Вы слишком великодушны.
Он настаивал.
Хочу, чтобы у вас осталось что-то на память.
Уверен, Луиза была бы рада.
Он хотел, чтобы я взяла ее черепаховый туалетный набор.
Ах нет, доктор Лайднер!
Это же чрезвычайно Дорогая вещь.
Право, я не могу.
Поймите, у нее же нет сестер-.., вообще никого, кому могут пригодиться эти вещи.
Их просто некому больше отдать.
Я догадалась, что он не хочет, чтобы они попали в маленькие жадные ручки миссис Меркадо.
Предложить их мисс Джонсон, мне кажется, он бы не решился.
Пожалуйста, не отказывайтесь, мягко настаивал он.
Кстати, вот ключ от Луизиной шкатулки с драгоценностями.
Может быть, вы найдете там что-нибудь, что вам понравится.
И я был бы очень вам признателен, если бы вы упаковали.., все.., все ее платья.
Думаю, Райли найдет способ передать их в бедные христианские семьи в Хассани.
Я с готовностью согласилась, обрадованная тем, что могу хоть чем-то ему услужить.
К делу я приступила немедленно.
Не слишком богатый гардероб миссис Лайднер был вскоре разобран и упакован в два чемодана.
Все ее бумаги умещались в маленьком кожаном чемоданчике.
В шкатулке хранились кольцо с жемчугом, бриллиантовая брошь, небольшая нитка жемчуга, две простенькие золотые броши и бусы из крупного янтаря.
Естественно, мне и в голову не пришло взять жемчуг или бриллианты. Речь могла идти только о янтаре или черепаховом туалетном наборе.