Я запнулась.
Продолжайте, мисс Ледерен.
Конечно, я внимательно осмотрела окно, но ничего особенного не заметила.
И все же я думаю, что кто-то мог подменить стакан.
Подменить стакан?
Ну да.
Понимаете, мисс Джонсон всегда ставила у кровати стакан с водой.
Думаю, ей могли подсунуть вместо него стакан с кислотой.
Что скажете, Райли?
Если это убийство, то очень возможно, что именно так все и было, сразу отозвался доктор Райли.
Ни один нормальный, в меру осмотрительный человек не выпьет по ошибке кислоту вместо воды, если он, конечно, пребывает в состоянии бодрствования.
Но если он привык пить воду ночью, он просто протянет руку, нащупает стакан и в полусне отхлебнет из него, прежде чем успеет сообразить, что это не вода.
Капитан Мейтленд немного подумал.
Пожалуй, я вернусь в ее комнату и осмотрю окно.
Как далеко оно от изголовья?
Я прикинула.
Если вытянуть руку, то как раз достанешь до тумбочки.
На которой стоял стакан?
Да.
А дверь была заперта?
Нет.
Значит, можно было войти в комнату и подменить стакан?
О да.
Но риск больше, сказал доктор Райли.
Даже тот, кто спит крепко, часто просыпается от звука шагов.
Если достать до тумбочки можно из окна, то это куда безопасней.
Я думаю не только о стакане, рассеянно сказал капитан Мейтленд.
Встряхнувшись, он снова обратился ко мне:
Значит, по-вашему, несчастная женщина, чувствуя приближение смерти, постаралась дать вам понять, что кто-то через открытое окно заменил воду кислотой, так?
Не лучше ли было бы назвать имя этого человека?
Она могла и не знать его, возразила я.
Или как-то намекнуть на то, что узнала накануне?
Когда человек умирает, Мейтленд, сказал доктор Райли, он теряет ощущение реальности.
Какой-то частный факт может затмить в его сознании все остальное.
В ту минуту ею владела одна главная мысль убийца добрался до нее именно через окно.
Наверное, как ей казалось, очень важно, чтобы об этом узнали.
И, по-моему, она не ошиблась.
Это действительно важно!
Видимо, она боялась, что ее смерть сочтут самоубийством.
Если бы она могла говорить, то, вероятно, сказала бы: Это не самоубийство.
Не я сама, а кто-то другой поставил сюда этот стакан через окно.
Капитан Мейтленд молча побарабанил пальцами по столу.
Итак, есть две точки зрения, сказал он.
Самоубийство и убийство.
Что думаете вы, доктор Лайднер?
Доктор Лайднер ответил не сразу. Убийство, твердо сказал он.
Энн Джонсон не из тех, кто способен на самоубийство.
Возможно, согласился капитан Мейтленд.
В обычных условиях.
Но обстоятельства могут сложиться так, что самоубийство кажется единственным выходом из положения.