– У них не было сада, – парировал мистер Хардман, буквально истолковав вопрос.
– А дворецким?
– Манеры у меня неподходящие для дворецкого.
Нет, я никак не связан с Армстронгами, но сдается мне, я тут единственное исключение.
Как вы это объясните?
Интересно, как вы это объясните?
– Это, конечно, несколько странно. – Пуаро был невозмутим.
– Вот именно, – поддакнул мсье Бук.
– А как вы сами это объясняете, мистер Хардман? – спросил Пуаро.
– Никак, сэр.
Просто ума не приложу.
Не может же так быть, чтобы все пассажиры были замешаны в убийстве, но кто из них виновен, ей-ей, не знаю.
Как вы раскопали их прошлое – вот что меня интересует.
– Просто догадался.
– Ну и ну!.. Да я теперь про вас на весь свет растрезвоню.
Мистер Хардман откинулся на спинку стула и восхищенно посмотрел на Пуаро.
– Извините, – сказал он, – но поглядеть на вас, в жизни такому не поверишь.
Завидую, просто завидую, ей-ей.
– Вы очень любезны, мистер Хардман.
– Любезен не любезен, а никуда не денешься – вы меня обскакали.
– И тем не менее, – сказал Пуаро, – вопрос окончательно не решен.
Можем ли мы с уверенностью сказать, что знаем, кто убил Рэтчетта?
– Я пас, – сказал мистер Хардман, – я в этом деле не участвую.
Восхищаюсь вами, что да, то да, но и все тут.
А насчет двух остальных вы еще не догадались?
Насчет пожилой американки и горничной?
Надо надеяться, хоть они тут ни при чем.
– Если только, – Пуаро улыбнулся, – мы не определим их к Армстронгам, ну, скажем, в качестве кухарки и экономки.
– Что ж, меня больше ничем не удивишь. – Мистер Хардман покорился судьбе. – Настоящий сумасшедший дом, одно слово!
– Ах, друг мой, вы слишком увлеклись совпадениями, – сказал мсье Бук. – Не могут же все быть причастны к убийству.
Пуаро смерил его взглядом.
– Вы не поняли, – сказал он. – Совсем не поняли меня.
Скажите, вы знаете, кто убил Рэтчетта?
– А вы? – парировал мсье Бук.
– Да, – кивнул Пуаро. – С некоторых пор – да.
И это настолько очевидно, что я удивляюсь, как вы не догадались. – Он перевел взгляд на Хардмана и спросил: – А вы тоже не догадались?
Сыщик покачал головой.
Он во все глаза глядел на Пуаро.
– Не знаю, – сказал он. – Я ничего не знаю.
Так кто же из них укокошил старика?
Пуаро ответил не сразу.
– Я попрошу вас, мистер Хардман, – сказал он, чуть помолчав, – пригласить всех сюда.
Существуют две версии этого преступления.
Я хочу, когда все соберутся, изложить вам обе.
Глава 9
Пуаро предлагает две версии
Пассажиры один за другим входили в вагон-ресторан и занимали места за столиками.
У всех без исключения на лицах были написаны тревога и ожидание.
Шведка все еще всхлипывала, миссис Хаббард ее утешала:
– Вы должны взять себя в руки, голубушка.