Прямо на имени расползлось большое жирное пятно – очевидно, след пальцев неаккуратного чиновника.
– Дипломатический паспорт, – сказал мсье Бук. – Мы должны быть крайне осторожны, мой друг, и никоим образом их не обидеть.
Да и потом, что общего могут иметь с убийством такие люди?
– Не беспокойтесь, старина. Я буду сама тактичность.
Ведь это чистейшая формальность.
Он понизил голос – в вагон вошла госпожа Андрени.
Прелестная графиня явно робела.
– Вы хотели меня видеть, господа?
– Это чистейшая формальность, графиня. – Пуаро галантно встал навстречу даме и указал ей на место напротив. – Мы хотим спросить вас, может быть, вы видели или слышали прошлой ночью что-нибудь такое, что могло бы пролить свет на это убийство?
– Абсолютно ничего, мсье.
Я спала.
– Но неужели вы не слышали, какая суматоха поднялась в соседнем купе?
У американской дамы, вашей соседки, началась истерика, она чуть не оборвала звонок, вызывая проводника.
– Я ничего не слышала, мсье.
Видите ли, я приняла снотворное.
– Понимаю.
Не смею вас дольше задерживать. – Она поспешила подняться, но Пуаро остановил ее: – Одну минуточку, скажите мне, ваше имя, девичья фамилия, возраст и так далее записаны здесь правильно?
– Да, мсье.
– В таком случае соблаговолите подписать это заявление.
Быстрым изящным наклонным почерком она расписалась: Елена Андрени.
– Вы ездили с мужем в Америку, мадам?
– Нет, мсье. – Она улыбнулась и слегка покраснела. – Мы тогда еще не были женаты: мы обвенчались год назад.
– Вот как! Благодарю вас, мадам.
Кстати, скажите, пожалуйста, ваш муж курит?
Графиня – она уже собралась уйти – удивленно посмотрела на Пуаро:
– Да.
– Трубку?
– Нет.
Сигары и сигареты.
– Вот оно что!
Благодарю вас.
Графиня явно медлила, ее глаза – красивые, темные, миндалевидные, с длинными черными ресницами, оттенявшими матовую бледность щек, – следили за ним.
Губы ее, очень ярко накрашенные на иностранный манер, были слегка приоткрыты.
В красоте молодой графини было нечто необычайное, экзотическое.
– Почему вы меня об этом спросили?
– Мадам, – изящно взмахнул рукой Пуаро, – детективам приходится задавать всевозможные вопросы.
Вот, к примеру, один из них: не могли бы вы мне сказать, какого цвета ваш халат?
Графиня удивленно посмотрела на него.
– У меня халат из золотистого шифона. А это так важно? – засмеялась она.
– Очень важно, мадам.
– Скажите, вы действительно сыщик? – спросила графиня.
– Да, мадам, ваш покорный слуга – сыщик.
– А я думала, что, пока мы едем по Югославии, полицейских в поезде не будет. Они появятся только в Италии.
– Я не имею никакого отношения к югославской полиции, мадам.
Я сыщик международного класса.
– Вы служите Лиге Наций, мсье?
– Я служу миру, мадам. – Пуаро приосанился. – В основном я работаю в Лондоне, – продолжал он и спросил, переходя на английский: – Вы говорите по-английски?
– Отшень плохо! – У нее был прелестный акцент.
Пуаро снова поклонился:
– Не смею вас больше задерживать, мадам.