Мсье Бук вздохнул.
– На всех не угодишь, – сказал он. – Англичане открывают все окна, другие, наоборот, закрывают.
Да, на всех не угодишь.
Ни Пуаро, ни Арбэтнот не обратили никакого внимания на его слова.
– А теперь, мсье, попытайтесь вернуться мыслями в прошлое, – попросил Пуаро. – Итак, на платформе холодно.
Вы возвращаетесь в вагон.
Располагаетесь в купе и закуриваете сигарету, а возможно, и трубку… – Пуаро запнулся.
– Я курил трубку, Маккуин – сигареты.
– Поезд отправляется.
Вы курите трубку, обсуждаете положение дел в Европе, в мире.
Уже поздно.
Почти все легли.
Кто-нибудь проходил мимо вас?
Подумайте.
Арбэтнот сдвинул брови.
– Трудно сказать, – произнес он наконец, – видите ли, я за этим не следил.
– Но вы же военный. Вы должны отличаться особой наблюдательностью.
Вы наверняка многое замечаете, так сказать, сами того не замечая.
Полковник снова подумал и покачал головой:
– Не могу сказать.
Не помню, чтобы кто-нибудь проходил мимо, разве что проводник.
Нет, погодите, кажется, проходила какая-то женщина.
– Вы ее видели?
Какая женщина – молодая, старая?
– Я не видел ее.
Не смотрел в ту сторону. Просто до меня донесся шорох и запах духов.
– Духов.
Хороших духов?
– Да нет, скорее плохих.
Такой, знаете ли, запах, что издалека шибает в нос.
Но учтите, – торопливо продолжал полковник, – это могло быть и раньше.
Видите ли, как вы сами сказали, такие вещи замечаешь, сам того не замечая.
И вот в течение вечера я отметил про себя:
«Женщина… Ну и духи!»
Но когда она прошла, точно не могу сказать, хотя… скорее всего после Виньковцов.
– Почему?
– Помню, я почувствовал этот запах, как раз когда мы заговорили о пятилетке.
Знаете, как бывает, запах духов навел меня на мысль о женщинах, а с женщин я перекинулся на положение женщин в России.
А я помню, что до России мы добрались уже к концу разговора.
– Вы можете определить, когда это было, более точно?
– Н-нет.
Где-то перед концом нашего разговора, примерно за полчаса.
– После того как поезд остановился?
Полковник кивнул:
– Да. Я почти в этом уверен.
– Что ж, перейдем к другому вопросу.
Вы бывали в Америке, полковник?
– Никогда.
И не имею ни малейшей охоты туда ехать.
– Вы были знакомы с полковником Армстронгом?