У меня голова кругом идет.
Скажите же что-нибудь, умоляю вас.
Объясните мне, как невозможное стало возможным?
– Очень удачная формулировка, – сказал Пуаро. – Невозможное произойти не могло, а следовательно, невозможное оказалось возможным вопреки всему.
– Тогда объясните мне поскорее, что же произошло в поезде вчера ночью.
– Я не волшебник, мой дорогой.
И озадачен не меньше вашего.
Дело это продвигается очень странно.
– Оно нисколько не продвигается.
Оно стоит на месте.
Пуаро покачал головой:
– Это не так.
Мы немного продвинулись вперед.
Кое-что мы уже знаем.
Мы выслушали показания пассажиров…
– И что это нам дало?
Ничего.
– Я бы так не сказал, мой друг.
– Возможно, я преувеличиваю.
Конечно, и этот американец, Хардман, и горничная добавили кое-какие сведения к тому, что мы уже знаем.
Вернее говоря, они еще больше запутали все дело.
– Не надо отчаиваться, – успокоил его Пуаро.
Мсье Бук накинулся на него:
– Тогда говорите – поделитесь с нами мудростью Эркюля Пуаро.
– Разве я вам не сказал, что озадачен не меньше вашего?
Зато теперь мы можем приступить к разрешению проблемы.
Мы можем расположить имеющиеся у нас факты по порядку и методически разобраться в них.
– Умоляю вас, мсье, продолжайте, – попросил доктор Константин.
Пуаро откашлялся и разгладил кусочек промокашки.
– Давайте разберемся в том, чем мы располагаем.
Прежде всего нам известны некоторые бесспорные факты.
Рэтчетт, или Кассетти, вчера ночью получил двенадцать ножевых ран и умер.
Вот вам факт номер один.
– Не смею возражать, старина, не смею возражать, – сказал мсье Бук не без иронии.
Пуаро это ничуть не обескуражило.
– Я пока пропущу довольно необычные обстоятельства, которые мы с доктором Константином уже обсудили совместно, – невозмутимо продолжал он. – В свое время я к ним вернусь.
Следующий, как мне кажется, по значению факт – это время совершения преступления.
– Опять-таки одна из немногих известных нам вещей, – прервал его мсье Бук. – Преступление было совершено сегодня в четверть второго.
Все говорит за то, что это было именно так.
– Далеко не все.
Вы преувеличиваете.
Хотя, конечно, у нас имеется немалое количество фактов, подтверждающих эту точку зрения.
– Рад слышать, что вы признаете хотя бы это.
Пуаро невозмутимо продолжал, как будто его и не прерывали:
– Возможны три предположения.
Первое – преступление совершено, как вы утверждаете, в четверть второго.
Это подтверждают разбитые часы, показания миссис Хаббард и горничной Хильдегарды Шмидт.
К тому же это совпадает с показаниями доктора Константина.
Второе предположение: убийство совершено позже, и стрелки на часах передвинуты, чтобы нас запутать.
Третье: преступление совершено раньше, и стрелки передвинуты по той же причине, что и выше.