– Ни в коем случае! – Мсье Бук снова повернулся к проводнику: – Скажите, все места заняты?
– По правде сказать, одно место пока свободно, – не сразу ответил проводник.
– Продолжайте!
– Место номер семь в купе второго класса.
Пассажир пока не прибыл, но остается еще четыре минуты до отхода поезда.
– Кто такой? – Какой-то англичанин. – Проводник заглянул в список. – Некий А. М. Харрис.
– Хорошее предзнаменование, – сказал Пуаро. – Если я не забыл еще Диккенса, мистер Харрис не появится.
– Отнесите багаж мсье на седьмое место, – приказал мсье Бук. – А если этот мистер Харрис появится, скажете ему, что он опоздал: мы не можем так долго держать для него место, – словом, так или иначе уладьте это дело.
И вообще какое мне дело до мистера Харриса?
– Как вам будет угодно, – сказал проводник и объяснил носильщику, куда нести багаж.
Потом, отступив на шаг, пропустил Пуаро в поезд. – В самом конце, мсье, – окликнул он, – ваше купе предпоследнее.
Пуаро продвигался довольно медленно: чуть не все отъезжающие толпились в коридоре.
Поэтому он с регулярностью часового механизма то и дело извинялся.
Наконец добравшись до отведенного ему купе, он застал там высокого молодого американца из отеля «Токатлиан» – тот забрасывал чемодан на полку.
При виде Пуаро он нахмурился.
– Извините, – сказал он. – Боюсь, что вы ошиблись. – И старательно повторил по-французски: – Je crois que vous avez une erreur.
Пуаро ответил по-английски:
– Вы мистер Харрис?
– Нет, меня зовут Маккуин.
Я…
В этот момент за спиной Пуаро раздался виноватый, пресекающийся голос проводника:
– В вагоне больше нет свободных мест, мсье.
Господину придется ехать в вашем купе.
С этими словами проводник опустил окно в коридор и начал принимать от носильщика багаж Пуаро.
Пуаро позабавили виноватые нотки в голосе проводника.
Наверняка ему пообещали хорошие чаевые, если он больше никого не впустит в купе.
Однако даже самые щедрые чаевые бессильны помочь, если речь идет о приказе директора компании.
Закинув чемоданы на полку, проводник вынырнул из купе:
– Все в порядке, мсье.
Ваше место седьмое, верхняя полка.
Через минуту поезд отправляется. – Он кинулся в конец коридора.
Пуаро вернулся в купе.
– Где это видано, чтобы проводник сам втаскивал багаж! – заметил он весело. – Сказать – не поверят!
Попутчик улыбнулся.
Он, судя по всему, справился с раздражением, видно, решил, что следует отнестись к этой неприятности философски.
– Поезд, как ни странно, набит до отказа, – сказал он.
Раздался свисток дежурного, потом долгий тоскливый паровозный гудок.
Мужчины вышли в коридор.
На перроне прокричали:
– En voiture!
– Поехали, – сказал Маккуин.
Но они не тронулись с места.
Свисток раздался вновь.
– Слушайте, сэр, – сказал вдруг молодой человек, – может, вы хотите ехать на нижней полке – знаете ли, удобнее и все такое… Пожалуйста, мне совершенно все равно, где ехать.
«Приятный молодой человек», – подумал Пуаро.
– Нет, нет, что вы, – запротестовал он, – мне бы не хотелось вас стеснять…
– Право, мне совершенно…
– Но мне неловко…
Последовал обмен любезностями.
– Я проведу здесь всего одну ночь, – объяснил Пуаро. – В Белграде…