— Пройдемте.
Озадаченный капеллан испуганно отпрянул:
— Куда?
Зачем?
И вообще, кто вы такой?
— Вам бы лучше подчиниться, святой отец. — почтительно-печальным тоном сказал худощавый майор с ястребиным лицом, неожиданно выросший у другого плеча капеллана.
— Мы действуем от лица правительства.
У нас к вам несколько вопросов.
— Какие вопросы?
В чем дело?
— Вы ведь капеллан Тэппман? — резко спросил дородный полковник.
— Это он, он, — заверил Уитком.
— Следуйте за ними! — прикрикнул на капеллана капитан Блэк, недобро ухмыляясь.
— Если желаете себе добра, садитесь-ка в машину.
Чьи-то руки настойчиво потащили капеллана к машине.
Он хотел позвать на помощь Йоссариана, но тот стоял слишком далеко и не услышал бы.
Кое-кто из стоявших поблизости начал поглядывать на капеллана с любопытством.
Сгорая от стыда, капеллан низко опустил голову и уже без всякого сопротивления позволил усадить себя на заднее сиденье штабной машины. Он оказался между толстым розовощеким полковником и тощим унылым майором с елейным голосом.
Капеллан машинально протянул им руки, решив, что они пожелают надеть на него наручники.
Впереди сидел еще один офицер.
За руль сел здоровенный солдат из военной полиции со свистком и в белом шлеме.
Капеллан не осмеливался поднять глаза, покуда крытая легковая машина, переваливаясь из стороны в сторону, не выехала из расположения эскадрильи и не помчалась по ухабистой дороге.
— Куда вы меня везете? — робким, виноватым голосом спросил капеллан, все еще не смея поднять глаз.
Он вдруг подумал, что его задержали по подозрению в причастности к воздушной катастрофе и смерти Нейтли.
— Что я такого сделал?
— Вам бы лучше помолчать! Вопросы будем задавать мы, — сказал полковник.
— Ну, зачем же таким тоном?.. — сказал майор.
— Так неуважительно…
— Тогда попросите его, чтобы он молчал и предоставил нам возможность задавать вопросы.
— Заткнитесь, пожалуйста, святой отец, и дозвольте уж нам задавать вопросы, — доброжелательным тоном сказал майор.
— Так оно для вас будет лучше.
— Вовсе не обязательно называть меня святым отцом.
Я не католик.
— И я тоже, святой отец, — сказал майор.
— Просто я очень благочестивый человек, и мне нравится называть всех служителей господа святыми отцами.
— Наш майор считает, что в окопах не встретишь неверующих, — поддел майора полковник и фамильярно ткнул капеллана кулаком в бок.
— Ну-ка, капеллан, просветите его.
В окопах попадаются неверующие, а?
— Не знаю, сэр, — ответил капеллан, — мне не приходилось бывать в окопах.
Офицер с переднего сиденья круто обернулся и вызывающе спросил:
— Но ведь на небесах-то вам тоже не приходилось бывать!
А ведь вы знаете, что небеса есть, а?
— Или не знаете? — спросил полковник.
— Вы совершили очень тяжкое преступление, святой отец, — сказал майор.
— Какое преступление?
— Этого мы пока не знаем, — сказал полковник.
— Но намерены выяснить.
Одно лишь мы знаем наверняка: преступление ваше весьма серьезно.
Скрипнув шинами, автомобиль свернул с дороги и, слегка замедлив ход, подкатил к штабу полка, а затем, обогнув здание, — к черному ходу.
Офицеры вышли из машины и препроводили капеллана по шаткой деревянной лестнице вниз, в подвал — сырую, мрачную комнату с низким цементным потолком и неоштукатуренной каменной стеной.