— Это очень скверно, капеллан, потому что полковник Кэткарт в прекрасных отношениях с генералом.
— Подполковник Корн еще немного злорадно похихикал, потом вдруг резко оборвал смех и, ткнув капеллана пальцем в грудь, холодно предупредил: — Кстати, падре, имейте в виду, что ваша с доктором Стаббсом песенка спета.
Мы отлично знаем, что это он подослал вас сюда жаловаться.
— Доктор Стаббс?
— Капеллан замотал головой и растерянно запротестовал: — Я и в глаза не видел доктора Стаббса, подполковник.
Меня доставили сюда три незнакомых офицера. Не имея на то никакого права, они затащили меня в подвал, допрашивали и оскорбляли.
Подполковник Корн еще раз ткнул капеллана пальцем в грудь:
— Вам отлично известно, что доктор Стаббс постоянно твердил летчикам своей эскадрильи, будто они не обязаны выполнять больше семидесяти боевых заданий.
— Он мрачно рассмеялся.
— Так вот, падре, им придется летать и сверх семидесяти заданий, потому что мы перевели доктора Стаббса на Тихий океан.
Итак, адью, падре, адью.
37. Генерал Шейскопф Итак, генерал Дридл убыл, а генерал Пеккем прибыл, но не успел Пеккем переступить порог кабинета генерала Дридла, чтобы занять его кресло, как понял, что одержанная им блистательная военная победа обратилась в труху.
— Генерал Шейскопф? — ничего не подозревая, переспросил он сержанта, который сообщил ему о приказе, поступившем в это утро.
— Вы хотите сказать „полковник Шейскопф“, не так ли?
— Нет, сэр, генерал Шейскопф. Сегодня утром, сэр, он был произведен в генералы.
— Н-да, довольно любопытно!
Шейскопф и — генерал!
И какого же ранга?
— Генерал-лейтенант, сэр, и притом…
— Генерал-лейтенайт?!
— Совершенно верно, сэр. Он распорядился, чтобы вы без предварительного согласования с ним не издавали ни одного приказа по вверенному вам соединению.
— Ничего не скажешь, будь я проклят, — проговорил потрясенный генерал Пеккем, вероятно впервые в жизни выругавшись вслух.
— Карджилл, вы слышали?
Шейскопфа произвели сразу в генерал-лейтенанты.
Готов поспорить, — что это повышение предназначалось для меня и досталось ему по ошибке.
Полковник задумчиво поскреб свой волевой подбородок.
— А с какой стати он, собственно, приказывает нам?
Благородное, до блеска выбритое лицо генерала Пеккема посуровело.
— В самом деле, сержант, — медленно проговорил он, недоуменно нахмурившись, — с какой стати он отдает нам приказы, когда он в специальной службе, а мы руководим боевыми операциями?
— Сегодня утром, сэр, произошло еще одно изменение.
Все боевые операции переданы в ведение специальной службы.
Генерал Шейскопф — наш новый командующий.
Генерал Пеккем пронзительно вскрикнул:
— О боже! — Обычная выдержка ему изменила, и он впал в истерику.
— Шейскопф — командующий?
Шейскопф?
— Он в ужасе закрыл глаза руками.
— Карджилл, соедините меня с Уинтергрином!
Подумать только — Шейскопф!
О нет! Только не Шейскопф.
Разом зазвенели все телефоны.
В кабинет, козырнув, вбежал капрал:
— Сэр, вас хочет видеть капеллан относительно какой-то несправедливости в эскадрилье полковника Кэткарта.
— Потом, потом!
У нас у самих достаточно несправедливостей.
Где Уинтергрин?
— Сэр, у телефона генерал Шейскопф.
Он желает немедленно говорить с вами.
— Скажите ему, что я еще не пришел.
Боже милостивый! — завопил он, только теперь полностью осознав, какая огромная беда свалилась на него.