Так будем мы оперировать или нет?
— Не нужна ему операция, — проворчал другой.
— Ранение несерьезное.
Все, что от нас требуется, — остановить кровотечение, промыть рану и наложить несколько швов.
— Но мне ужасно хочется резать, я никогда не пробовал.
Которая из этих железок скальпель?
Вот этот, что ли?
— Да нет, вон тот.
Ну ладно, давай режь, раз уж ты собрался.
Делай надрез.
— Вот так, что ли?
— Да не здесь, болван!
— Не надо меня надрезать. — Хотя рассудок Йоссариана обволакивало туманом, он все-таки смекнул, что двое неизвестных собираются его потрошить.
— Опять голос из провинции, — саркастически проворчал первый врач.
— Он так и будет болтать до конца операции?
— Вы не имеете права его оперировать, пока я его не оприходую, — сказал писарь.
— Вы не имеете права его оприходовать, пока я не проверю его анкетные данные, — сказал толстый полковник-усач. Он придвинул вплотную к лицу Йоссариана свою просторную розоватую физиономию, от которой веяло нестерпимым жаром, словно от огромной раскаленной сковороды.
— Ну-с, где вы впервые увидели свет, дружище?
Толстый полковник-усач напоминал Йоссариану того полковника, который допрашивал капеллана и признал его виновным.
Йоссариан смотрел на него, будто сквозь тусклую пленку.
Густой сладковатый запах спирта и формалина повис в воздухе.
— В окне, — ответил Йоссариан. — Да нет, я не о том.
Где вы родились?
— В постели.
— Нет, нет, опять вы меня не поняли.
— Дайте-ка я займусь им, — потребовал остролицый человек с запавшими ехидными глазами и тоненькими злыми губами.
— Ты долго будешь дурачком прикидываться? — спросил он Йоссариана.
— Он бредит, — сказал один из докторов.
— Может быть, вы разрешите отправить его в палату?
Ему нужен уход. — Раз бредит, пусть лежит здесь.
Глядишь — и проболтается в бреду.
— Но из него хлещет кровь.
Разве вы не видите?
Он, чего доброго, еще умрет.
— Туда ему и дорога.
— Так и надо вонючему мерзавцу, — сказал упитанный полковник-усач.
— Ладно, Джон, давай-ка шевели языком.
Выкладывай все, как есть.
— Меня зовут Йо-Йо.
— Нам хочется, чтобы ты с нами сотрудничал, Йо-Йо.
Мы твои друзья, и ты должен нам верить.
Мы пришли помочь тебе.
Мы тебя не тронем.
— Давай ткнем ему в рану пальцем, — предложил остролицый.
Йоссариан опустил веки, притворившись, будто потерял сознание.
— Ему дурно, — услышал он голос доктора.
— Нельзя ли, пока не поздно, оказать ему помощь?
Он действительно может скончаться.
— Ладно, забирайте его.
Будем надеяться, что мерзавец и вправду загнется.