— Ничего не выйдет.
— Но почему же? Обязательно выйдет, — благодушно настаивал майор Дэнби.
— Обстоятельства складываются как нельзя лучше.
Своим покушением девчонка сыграла вам на руку.
Теперь все пойдет как по маслу.
— Я не вступал ни в какие сделки с подполковником Корном.
— Но ведь вы заключили с ним сделку? — с раздражением спросил майор Дэнби.
— Вы же договорились?
— Я нарушаю этот договор.
— Но вы ударили по рукам, не так ли?
Вы дали ему слово джентльмена?
— Я отказываюсь от своего слова.
— Ну, знаете! — ахнул майор и принялся промокать сложенным носовым платком свое изнуренное заботами и покрытое потом чело.
— Но почему, Йоссариан?
Они предлагают вам прекрасную сделку.
— Сделка паршивая, Дэнби.
Гнусная.
— Но, дорогой мой, как же так? — заволновался майор, приглаживая свободной рукой свои жесткие, как проволока, густые, коротко стриженные волосы.
— Как же так, дорогой мой?
— Ну а вам, Дэнби, не кажется, что все это гнусно?
Майор Дэнби на мгновение задумался.
— Да, пожалуй, — неохотно признался он.
Его выпуклые глаза выражали полнейшее замешательство.
— Зачем же вы пошли на эту сделку, коль она вам не по душе?
— Это была минутная слабость, — мрачно сострил Йоссариан.
— Я пытался спасти свою шкуру.
— А теперь вы больше не хотите спасать свою шкуру?
— Отчего же? Именно потому я не сделаю больше ни одного вылета.
— Тогда позвольте им отправить вас домой, и вы будете вне опасности.
— Пусть они отправят меня домой как человека, выполнившего более пятидесяти боевых заданий, — сказал Йоссариан, — а не потому, что меня пырнула ножом эта девчонка, и не потому, что я оказался упрямым мерзавцем.
Майор Дэнби с неподдельным гневом замотал головой и засверкал глазами и стеклами очков.
— Если они так поступят, им придется отправить домой почти всех.
Ведь большинство пилотов уже сделало свыше пятидесяти вылетов.
Полковник Кэткарт не может истребовать для пополнения одновременно такое количество молодых, неопытных экипажей — тут же нагрянет следственная комиссия.
Он угодит в собственный капкан.
— Ну это уж его забота.
— О нет, Йоссариан, — с горячностью возразил майор Дэнби.
— Это ваша забота.
Потому что, если вы не выполните условий договора, они намерены сразу же, едва вы выпишетесь из госпиталя, предать вас военно-полевому суду.
Йоссариан сделал „нос“ майору Дэнби и самодовольно засмеялся:
— Черта с два отдадут!
Не морочьте мне голову, Дэнби.
Они не осмелятся меня пальцем тронуть.
— Это почему же? — спросил майор Дэнби, удивленно хлопая ресницами.
— Теперь они у меня на крючке.
Официальное сообщение гласит, что меня пырнул ножом нацистский убийца, который покушался на жизнь полковника Кэткарта и подполковника Корна.
После этого всякая попытка предать меня военно-полевому суду будет выглядеть довольно глупо.
— Но послушайте, Йоссариан! — воскликнул майор Дэнби.
— Есть еще одно официальное сообщение, которое гласит, что вас пырнула ножом невинная девочка в то время, как вы занимались спекуляцией на черном рынке, а также саботажем и продажей военных секретов противнику.
От неожиданности и досады Йоссариан отпрянул: