— Конечно, согласился бы, — убежденно заявил майор Дэнби.
— Ну конечно, согласился бы, — объявил он через мгновение, но уже не столь твердым тоном и после нескольких секунд мучительных размышлений выдавил из себя:
— Да, пожалуй, будь я на вашем месте, я бы согласился на отправку домой. — Он досадливо помотал головой и, страдальчески сморщившись, выпалил: — О да, я наверняка бы согласился, чтобы меня отправили домой.
Но я такой ужасный трус, что вряд ли мог очутиться на вашем месте.
— Ну, а допустим, вы не были бы трусом, — спросил Йоссариан, не сводя с него пристального взгляда.
— Допустим, у вас хватило бы мужества не подчиниться начальству…
— Тогда я бы не позволил, чтобы они отослали меня домой! — торжественно, с нескрываемой радостью провозгласил майор Дэнби.
— И уж наверняка не позволил бы им предать меня военно-полевому суду.
— Значит, вы продолжали бы летать на задания?
— Нет, разумеется, нет.
Это была бы полная капитуляция.
Ведь меня могли бы убить.
— Следовательно, вам оставалось бы только сбежать?
Майор Дэнби приготовился было гордо возразить и вдруг неожиданно запнулся — его полуотвисшая челюсть захлопнулась.
Он устало поджал губы:
— Что же это получается? Выходит, и у меня тоже не было бы никакого выхода?
Он снова забеспокоился, лоб у него покрылся испариной, а глаза навыкате заблестели.
Теперь, потерпев поражение, он скрестил свои мягкие руки на коленях и, почти не дыша, понуро уставился в пол.
Густые косые тени падали в окно.
Йоссариан наблюдал за майором с видом победителя. Оба не пошевелились, когда с улицы донесся шум подъезжающей машины и послышались торопливые шаги, приближавшиеся к зданию.
— Отчего же, у вас был бы выход. Вам мог бы помочь Милоу, — заметил Йоссариан.
— Он влиятельней полковника Кэткарта. Он мне кое-чем обязан.
Майор Дэнби покачал головой и безучастно сказал: — Милоу и полковник Кэткарт теперь друзья-приятели.
Милоу произвел полковника Кэткарта в вице-президенты синдиката и обещал ему после войны большой пост.
— Ну тогда нам поможет Уинтергрин! — воскликнул Йоссариан.
— Он ненавидит их обоих и придет в ярость, когда узнает, что они спелись.
Майор Дэнби опять уныло покачал головой: — Милоу и экс-рядовой первого класса Уинтергрин на прошлой неделе объединились.
Теперь они партнеры по фирме „М. и М.“.
— Стало быть, у нас не осталось никакой надежды, а?
— Никакой.
— Совсем никакой?
— Да, совсем никакой, — подтвердил майор Дэнби.
Помолчав, он снова поднял глаза, осененный какой-то смутной идеей: — Может быть, было бы гораздо лучше, если бы они нас… исчезли, как других, тем самым освободив нас от этого невыносимого бремени?
Йоссариан сказал: „Нет“.
Майор Дэнби согласился, меланхолически кивнув головой, и снова опустил глаза. Положение казалось безвыходным, как вдруг в коридоре загрохотали шаги: капеллан, голося что есть мочи, ворвался в палату и сообщил сногсшибательную новость относительно Орра. Капеллана так распирало от радостного возбуждения, что в первые минуты он нес какую-то несуразицу.
В глазах его сверкали слезы. Йоссариан наконец понял и, издав фантастический вопль, выпрыгнул из кровати. — В Швеции? — вскричал он.
— Орр! — крикнул капеллан.
— Орр? — закричал Йоссариан.
— В Швеции! — ликующе кричал капеллан, гоголем расхаживая по палате.
— Это чудо, скажу я вам!
Чудо!
Я снова верю в бога!
Правда, верю.
Орра прибило к шведскому берегу после многодневных мытарств по морю!
Это чудо!
— Черта с два его прибило! — заявил Йоссариан. Он чуть не прыгал от радости.
— Его не прибило к шведским берегам.
Он доплыл туда сам на плоту!
Он греб к Швеции и догреб!
На веслах добрался до Швеции! — На веслах?