— Потому что я не могу замуж…
— Почему ты не можешь замуж?..
— Потому что я не девственница, — ответила она.
— А кому нужна девушка, которая не девственница?
— Мне нужна.
Я на тебе женюсь.
— Я не могу выйти за тебя…
— Почему ты не можешь выйти за меня?
— Потому что ты сумасшедший.
Йоссариан наморщил лоб.
— Ты не хочешь выйти за меня замуж, потому что я сумасшедший, и говоришь, что я сумасшедший, потому что я хочу на тебе жениться?
По-твоему, это правильно?
— Да.
— Ну, раз мне нельзя на тебе жениться, значит, остается просто…
Она резко, с угрожающим видом выпрямилась.
— Почему это ты не можешь на мне жениться? — в ярости спросила она, готовая влепить ему затрещину в случае нелестного ответа.
— Только потому, что я не девственница?
— Что ты, что ты, дорогая!
Потому, что ты — сумасшедшая.
Она уставилась на него вне себя от возмущения и вдруг откинула голову и расхохоталась от всего сердца.
Отсмеявшись, она ласково посмотрела на него. Великолепная нежная кожа на смуглом лице стала еще темнее, кровь, прилившая к щекам, сделала Лючану еще красивее, глаза подернулись дымкой.
Он затушил свою и ее сигареты, и, не говоря ни слова, они опять обнялись. Но именно в эту секунду в комнату, не постучавшись, ввалился томившийся без дела Заморыш Джо. Он намеревался узнать, не хочет ли Йоссариан прошвырнуться по городу.
На мгновение Заморыш Джо остолбенел, затем попятился и пулей выскочил из комнаты.
Йоссариан еще проворнее вскочил с постели и закричал Лючане, чтобы она одевалась.
Девушка растерянно глядела на него.
Он поспешил захлопнуть дверь перед носом Заморыша Джо, который уже успел вернуться с фотоаппаратом в руках.
Однако Заморыш Джо ухитрился-таки вклинить башмак между дверью и косяком и не собирался убирать ногу.
— Впустите меня! — настойчиво умолял он, кривляясь и дергаясь, как маньяк.
— Впустите меня!
Заморыш Джо на секунду перестал давить на дверь и улыбнулся сквозь щель обворожительной, по его мнению, улыбкой.
— Моя не есть Заморыш Джо, — начал он объяснять совершенно серьезно.
— Моя есть ужасно известный фотокорреспондент из журнала «Лайф».
Ужасно большая картинка на ужасно большая обложка.
Я сделаю из тебя большую звезду Голливуда, Йоссариан.
Много-много динаров.
Когда Заморыш Джо чуть-чуть отступил, чтобы взвести затвор и снять одевающуюся Лючану, Йоссариан захлопнул дверь.
Заморыш Джо решил фотографировать через замочную скважину.
Йоссариан услышал щелчок затвора аппарата. Потом Заморыш Джо бросился в атаку на дверь.
Когда Лючана и Йоссариан были полностью одеты, Йоссариан дождался очередной атаки Заморыша Джо и неожиданным рывком распахнул дверь.
Заморыш Джо влетел в комнату и плюхнулся на пол, как лягушка.
Йоссариан проворно проскочил мимо него, ведя за собой Лючану. Они выбежали на лестничную площадку.
С шумом и грохотом, задыхаясь от смеха, они вприпрыжку побежали по лестнице и, когда останавливались перевести дух, касались друг друга лбами, не переставая смеяться.
Внизу, почти у самых дверей, они встретили Нейтли, замученного, грязного и несчастного.
Галстук съехал набок, рубашка была измята, он брел, держа руки в карманах.
Вид у него был виноватый и подавленный. Они сразу перестали смеяться.
— Что случилось, малыш? — сочувственным тоном поинтересовался Йоссариан.
— Опять промотался дотла, — смущенно ответил Нейтли, криво усмехаясь.
— Не знаю, что теперь делать.
Йоссариан тоже не знал.
Последние тридцать два часа Нейтли тратил по двадцать долларов в час на свою обожаемую красотку и в результате промотал все жалованье, а также солидное вспомоществование, которое он получал ежемесячно от своего состоятельного и щедрого папаши.