— Кеннесоу всего в двадцати двух милях отсюда, и я готов держать с вами пари…
— Ретт!
Взгляните, что это за толпа там, в конце улицы?
Это же не солдаты.
Что там такое… Да ведь это негры!
Огромное облако красной пыли вздымалось над улицей, и оттуда доносился шум шагов и звуки доброй сотни негритянских голосов — низких, гортанных голосов, беззаботно распевавших гимн.
Ретт остановил кабриолет у обочины, и Скарлетт с любопытством уставилась на толпу обливавшихся потом негров с лопатами и мотыгами на плечах, двигавшуюся по улице под водительством офицера и взвода солдат в форме инженерных войск.
— Что там такое? — снова повторила Скарлетт.
И тут она заметила высоченного негра-запевалу, шагавшего в первом ряду.
Это был черный великан почти шести с половиной футов ростом, двигавшийся с упругой грацией сильного животного; его белые зубы сверкали, когда он выводил мелодию гимна —
«Спустись с горы к нам, Моисей», — которую за ним подхватывал хор.
Не может же быть второго такого здоровенного и такого голосистого негра в штате — конечно, это Большой Сэм — надсмотрщик из Тары.
Но что он делает здесь, так далеко от дома, да тем более сейчас, когда на плантации нет управляющего и он — единственная опора Джералда, его правая рука?
Она приподнялась на сиденье, стараясь всмотреться получше, и тут взгляд высокого негра упал на нее и его черное лицо расплылось в улыбке: он узнал ее.
Лопата выпала у него из рук, он было остановился и двинулся прямо к ней, поворачиваясь на ходу к шагавшим рядом с ним неграм и громко восклицая:
— Господи!
Да это же мисс Скарлетт!
Эй, вы!
Илайя!
Апостол!
Пророк!
Это же мисс Скарлетт!
Ряды смешались.
Толпа приостановилась, неуверенно топчась на месте, а Большой Сэм, за которым следовали еще трое здоровенных негров, бросился через улицу к кабриолету. Офицер устремился за ними вдогонку, крича:
— На место, на место!
На место, говорю тебе, не то я буду… О, это вы, миссис Гамильтон.
Доброе утром, мэм. Здравствуйте, сэр.
Что вы тут натворили — неподчинение, мятеж!
Видит бог, я и так уже хватил сегодня лиха с этими парнями.
— О, капитан Рэндл, не браните их!
Это же наши негры.
Это Большой Сэм, наш надсмотрщик, и те тоже из Тары — Илайя, и Пророк, и Апостол.
Конечно, им захотелось поговорить со мной.
Как поживаете, ребятки?
Она поздоровалась со всеми поочередно, ее маленькая белая ручка на мгновение исчезала в огромной черной лапище. Все четверо приплясывали на месте, радуясь встрече, гордясь перед остальными своей молодой красавицей хозяйкой.
— Что вы делаете здесь, ребята? Как вы забрались в такую даль?
Может, вы сбежали, а?
Тогда патруль заберет вас в два счета!
Негры так и покатились со смеху, очень довольные ее шуткой.
— Мы сбежали? — удивился Большой Сэм.
— Нет, мэм, мы не беглые.
Они приехали и забрали нас, потому как мы самые большие и сильные в Таре.
— Сэм горделиво улыбнулся, сверкнув белыми зубами.
— А за мной посылали особо, потому как я хорошо пою.
Да, мэм, мистер Фрэнк Кеннеди приехал и забрал нас.
— Но почему он вас забрал, Большой Сэм?
— Как почему, мисс Скарлетт?
Будто вы не слыхали?
Нам не лено рыть тут канавы Для белых жентмунов. Они будут в них прятаться, когда придут янки.
Капитан Рэндл и сидевшие в кабриолете с трудом сдержали улыбку, услыхав такое истолкование назначения окопов.