— Как, неужели все? — в ужасе воскликнули дамы.
Это было непредставимо — неужели этого многолюдного, кипучего города, который они так хорошо знали, не стало?
Не стало красивых домов в густой тени деревьев, не стало больших магазинов и нарядных отелей?
Мелани с трудом удерживалась от слез — ведь в этом городе она родилась, там был ее дом.
У Скарлетт тоже защемило сердце, потому что она успела полюбить Атланту — этот город стал для нее второй родиной после Тары.
— Ну, почти что все, — поспешил смягчить свой удар Фрэнк, обескураженный расстроенными лицами дам, и тут же постарался придать себе веселый вид — он же никак не хотел их огорчить.
Это мгновенно повергло в расстройство его самого, и он испытывал чувство ужасной беспомощности.
Нет, он не мог заставить себя сказать страшную правду.
Пускай узнают ее от кого-нибудь другого.
Не мог он поведать им о том, что увидела армия конфедератов после своего возвращения в Атланту: ряды печных труб, акр за акром торчавших над пепелищами; улицы, заваленные грудами обгорелых обломков и кирпича; старые деревья, умиравшие от ожогов, роняя на землю обугленные ветви, которые уносило порывами студеного ветра.
Ему вспомнилось, как от этого зрелища дурнота подступила у него к горлу, вспомнилось, какие ожесточенные проклятия срывались с губ конфедератов, когда руины города предстали их глазам.
Приходилось уповать лишь на то, что женщины никогда не узнают об ограблении кладбища, так как это совсем бы их убило.
Чарльз Гамильтон и родители Мелани были похоронены там.
Фрэнка до сих пор мучили кошмары, в которых перед ним возникало это кладбище.
В поисках драгоценностей янки взламывали склепы, раскапывали могилы.
Они грабили трупы, срывали с гробов серебряные украшения и ручки, золотые и серебряные именные таблички.
Жалкую и страшную картину являли собой скелеты и еще не истлевшие трупы, валявшиеся среди обломков своего последнего земного пристанища.
Не мог поведать им Фрэнк и об участи кошек и собак.
Домашние животные играют слишком большую роль в жизни своих хозяек.
А Фрэнк и сам очень любил и кошек и собак, и зрелище сотен погибавших с голоду животных, оставшихся без призора, когда их хозяев так внезапно и жестоко выгнали из города, потрясло Фрэнка почти столь же глубоко, как вид разграбленного кладбища.
Изголодавшиеся, испуганные, замерзавшие от холода животные одичали, более сильные стали нападать на слабых, а слабые ждали, когда издохнут слабейшие, и затем пожирали их трупы.
И над останками вымершего города грациозные стервятники испещряли зимнее небо зловеще черными пятнами.
Фрэнк порылся в памяти, ища, каким утешительным сообщением он мог бы сделать приятное женщинам.
— Кое-какие дома все же уцелели, — сказал он. — Из тех, что стояли особняком на больших земельных участках, вдали от других строений, и огонь до них не добрался.
И церкви уцелели тоже, и здание масонской ложи.
И несколько магазинов.
Но деловая часть города и все кварталы, прилегающие к железнодорожным путям и к площади Пяти Углов, — все это, увы, сровняли с землей.
— Значит, — вскричала Скарлетт, — тот склад возле вокзала, который достался мне в наследство от Чарльза, тоже сгорел?
— Если это возле вокзала, то да, по-видимому, но… — Неожиданно лицо Фрэнка расцвело улыбкой.
— Как же я запамятовал!
Могу вас порадовать, дамы!
Дом вашей тетушки Питтипэт цел.
Немножко его повредило, но в общем он стоит как стоял.
— Почему же он уцелел?
— А он кирпичный и, кажется, единственный в городе под шиферной крышей, ну и, верно, потому не загорелся от искр.
К тому же он — последний дом на северной окраине города, а в том конце пожары не так свирепствовали.
Правда, янки, которые были в нем расквартированы, разнесли там внутри все в клочья.
Они даже пустили на топливо плинтусы и лестницу красного дерева, да это все ерунда!
Сам дом в хорошем состоянии.
Когда на прошлой неделе я видел мисс Питти в Мейконе…
— Вы видели ее?
Ну, как она?
— Превосходно!
Ну, просто превосходно!
Когда я сказал ей, что ее дом уцелел, она вознамерилась тотчас вернуться в Атланту.., если, понятно, этот старый негр, дядюшка Питер, не станет возражать.
Очень многие жители Атланты уже вернулись, потому что чувствовали себя неспокойно в Мейконе.
Шерман не взял Мейкона, но все боятся, что уилсоновские молодчики устроят набег на город, а это будет похуже Шермана.
— Но это же глупо — возвращаться в город, где почти не уцелело домов.
Как они там будут жить?
— Они живут в палатках, в сараях и в сколоченных на скорую руку хижинах, мисс Скарлетт, или ютятся вместе по шесть-семь семей в каждом из уцелевших домов.