Это же не просто бумажки, как правильно сказано в стихах.., это память о той жизни, которая ушла безвозвратно.
— Ах, Мелли, не будь такой сентиментальной!
Бумага все равно остается бумагой, а у нас ее так мало, и мне надоело слышать Мамушкину воркотню из-за щелей на чердаке.
А когда Уэйд подрастет, у меня, надеюсь, найдется для него достаточно зеленых банкнот вместо этих никчемных бумажек.
Уилл, который во время этого разговора приманивал к себе малютку Бо, показывая ему купюру и заставляя ползти по одеялу, поднял голову и, заслонив глаза от солнца рукой, поглядел на подъездную аллею.
— К нам еще кто-то пожаловал, — сказал он — Еще один солдат.
Скарлетт посмотрела туда и увидела ставшую привычной картину: бородатый человек в серых и синих лохмотьях — остатках военной формы обеих армий — медленно брел по кедровой аллее, с трудом волоча ноги, понуро опустив голову.
— А я-то думала, что с солдатами уже покончено, — сказала Скарлетт.
— Надеюсь, этот не очень изголодался.
— Думаю, что очень, — промолвил Уилл.
Мелани поднялась.
— Пойду велю Дилси поставить еще один прибор, — сказала она. — И надо удержать Мамушку, чтобы она не набрасывалась на этого беднягу прямо с порога, и не стаскивала с него рубище, и не…
Она так внезапно умолкла на полуслове, что Скарлетт подняла на нее глаза.
Мелани держалась рукой за горло, словно ее что-то душило, и было видно, как на шее под кожей у нее быстро-быстро бьется голубая жилка.
Лицо ее совсем побелело, а карие глаза казались неестественно огромными и почти черными от расширившихся зрачков.
«Она сейчас потеряет сознание!» — подумала Скарлетт и, вскочив со ступенек, обхватила ее за плечи.
Но Мелани отбросила ее руку и в мгновение она сбежала с крыльца.
Она летела по аллее словно птица, раскинув руки, одна касаясь ступнями гравия, ее линялые юбки развевались… И Скарлетт вдруг все поняла, и это прозрение обрушилось на нее как удар.
Она прислонилась к колонне, чтобы не упасть, и когда солдат поднял заросшее белокурой бородкой лицо и стал, глядя на дом, словно не находя в себе сил сделать еще хоть шаг, у Скарлетт остановилось сердце.
А затем оно толкнулось о ребра и забилось бешено, когда Мелли с нечленораздельным криком упала в объятия этого оборванного солдата и его голова склонилась к ее лицу.
Не помня себя, Скарлетт бросилась вниз по ступенькам, но рука Уилла удержала ее, ухватив за юбку.
— Не надо, не мешайте им, — тихо сказал он.
— Уберите руку, болван!
Уберите руку!
Это ЖР Эшли!
Но он продолжал удерживать ее за юбку.
— Ведь это же как-никак ее муж, верно? — мягко проговорил он, и, теряя рассудок от бессильной ярости и непомерного счастья, Скарлетт в смятении взглянула на него и прочла в глубине его глаз понимание и участие.