Или это ее не трогает? «Да просто она бесчувственная деревяшка, — думала Скарлетт, дубася кулаком по подушке.
— У нее никогда не было столько поклонников, как у меня, ей и терять нечего.
К тому же… к тому же у нее есть Эшли, а у меня… у меня — никого!»
И, разбередив еще сильнее свои раны такими мыслями, она снова залилась слезами.
В угрюмом ожесточении просидела она в спальне до обеда, и зрелище возвращавшихся с пикника повозок, нагруженных сосновыми ветками, вьющимися растениями и папоротникам, отнюдь не помогло развеять ее тоску.
У всех был усталый, но счастливый вид, и все снова улыбались и махали ей, и она уныло отвечала на их приветствия.
Жизнь ничего не сулила впереди, и жить дальше явно не имело смысла.
Избавление пришло с самой неожиданной стороны: когда после обеда все улеглись вздремнуть, к дому подъехала коляска с Миссис Мерриуазер и миссис Элсинг.
Пораженные таким неурочным визитом, Мелани, Скарлетт и тетушка Питтипэт вскочили с кроватей, поспешно зашнуровали свои корсажи, пригладили волосы и спустились в гостиную.
— У миссис Бониелл дети заболели корью, — заявила с порога миссис Мерриуэзер, всем своим видом давая понять, что считает миссис Боннелл целиком ответственной за то, что это случилось.
— А барышень Маклюр вызвали в Виргинию, — сообщила миссис Элсинг умирающим голосом, томно обмахиваясь веером и, в свою очередь, давая понять, что это, как в общем и все прочее, мало ее интересует.
— Даллас Маклюр ранен.
— Какое несчастье! — в один голос воскликнули хозяйки дома.
— Бедный Даллас!..
— Да нет, легко, в плечо, — сухо уточнила миссис Мерриуэзер.
— Но надо же, чтобы это случилось именно сейчас!
Девочки уезжают на Север, чтобы доставить его домой.
Однако, бог мне свидетель, у нас нет времени сидеть тут и чесать Языком.
Нам надо ехать развешивать зелень.
Питти, вы и Мелани нужны нам сегодня вечером, чтобы занять место миссис Боннелл и девочек Маклюр.
— Но, Долли, это же невозможно!
— Не говорите мне, пожалуйста, «невозможно», Питтипэт Гамильтон! — воинственно заявила миссис Мерриуэзер.
— Вы должны приглядывать за неграми, которые будут разносить прохладительные напитки.
Вместо миссис Боннелл.
А Мелли будет сидеть в киоске девочек Маклюр.
— Но мы же не можем — еще не прошло и года, как бедный Чарли…
— Я разделяю ваши чувства, но нет жертвы, которую нельзя было бы принести во имя нашего Дела, — нежно пропела миссис Элсинг, отметая все возражения.
— Конечно, мы рады помочь, но разве вы не можете посадить в киоск какую-нибудь молоденькую хорошенькую девушку?
Миссис Мерриуэзер фыркнула, издав трубный звук:
— Нечто непостижимое творится с молодыми девицами в наши дни.
У них нет ни малейшего чувства долга.
У всех девушек находятся какие-то отговорки, чтобы не сидеть в киосках.
Я, разумеется, вижу их насквозь!
Они просто боятся, что это помешает им флиртовать с офицерами, только и всего Да и новые платья не будут видны за прилавком.
Как бы я хотела, чтобы этот контрабандист… как его?
— Капитан Батлер, — подсказала миссис Элсинг.
— Чтобы он привозил побольше медикаментов и поменьше кринолинов и кружев.
Бела я увижу сегодня хоть одно новое платье, это значит, что он привез их десятка два!
Капитан Батлер! Я уже слышать не могу этого имени.
Словом, Питти, у меня нет времени препираться с вами.
Вы должны прийти, и точка.
Все вас поймут.
К тому же никто вас и не увидит в задней комнате, и Мелли тоже не будет слишком бросаться в глава.
Киоск этих бедняжек, девочек Маклюр, находится в самой глубине, и он не слишком хорошо разукрашен, так что никто и не обратит на вас внимания.
— Мне кажется, мы непременно должны пойти и помочь, — сказала вдруг Скарлетт, изо всех сил стараясь скрыть, как она этого жаждет, и придать лицу спокойное, серьезное выражение.
— Уж такую-то малость мы можем сделать для госпиталя.
Ни одна из приехавших дам ни разу не упомянула ее имени, и они, резко обернувшись, воззрились на нее.
Как бы остро ни нуждались они в помощи, им даже в голову не приходило просить вдову, меньше года носящую траур, принять участие в столь многолюдном сборище Скарлетт ответила на их молчаливое изумление детски простодушным взглядом широко раскрытых глаз.
— Мне кажется, мы все трое должны помочь чем можем Я посижу с Медли в киоске.
По-моему, это как-то лучше для нас обеих, если мы будем вместе» а не порознь.