А Джералд без лишних слов закинул голову и, прислонившись к калитке, начал выводить могучим басом
«Плач».
Скарлетт слушала, облокотившись о подоконник и улыбаясь против воли.
Такая красивая песня, одна из ее любимых. Жаль, что отец немного фальшивит.
Она тихонечко подхватила печальную мелодию:
На чужой стороне вал бесстрашные герой, А вкруг девы — поклонников рой…
Песня лилась, и Скарлетт услышала какое-то движение в комнатах тетушки Питтипэт и Мелани.
Эти бедняги, конечно, будут очень расстроены.
Они ведь не привыкли к обществу таких жизнелюбивых ирландцев.
Пение оборвалось, и две темные фигуры слились в одну, прошагали по дорожке и поднялись на крыльцо.
Послышался осторожный стук в дверь.
«Надо, пожалуй, спуститься вниз, — подумала Скарлетт.
— В конце концов, это же мой отец, а тетя Питти умрет, но не выйдет ночью на лестницу», К тому же ей никак не хотелось, чтобы слуги увидели ее отца в таком состоянии.
Джералд, пожалуй, еще начнет буянить, если Питер вздумает укладывать его в постель.
Кроме Порка, никто не умеет с ним справляться.
Она покрепче запахнула пеньюар, зажгла свечу, стоявшую на столике возле кровати, и стала спускаться по темной лестнице в холл.
Поставив свечу на подзеркальник, она отомкнула дверь и в колеблющемся свете различила Ретта Батлера. Безупречно подтянутый — ни одна оборочка на манишке не смята — он поддерживал маленького, коренастого Джералда.
Как видно,
«Плач» был лебединой песней Джералда, потому что теперь он уже без стеснения повис на руке своего спутника.
Длинные жесткие седые волосы были взлохмачены, галстук переехал набок, грудь сорочки залита вином.
— Насколько я понимаю, это ваш папаша?
— Глаза Ретта лукаво блестели на смуглом лице, и их взгляд, казалось, проникал сквозь ее дезабилье.
— Проводите его в дом, — коротко сказала Скарлетт, смущенная своим неприбранным видом и злясь на. Джералда за то, что он поставил ее в смешное положение перед этим человеком.
Ретт Батлер подтолкнул Джералда вперед.
— Прикажете помочь ему подняться по лестнице?
Вам самой не справится.
Он довольно тяжел.
Испуганная столь наглым предложением, она на миг лишилась дара речи.
Что подумают Мелани и тетушки Питти, затаившиеся у себя в спальнях, если услышат, что капитан Батлер поднимается ночью в верхние комнаты?
— О, матерь божья, нет, конечно!
Проводите его сюда, в гостиную, на этот канапе.
— На этот?.. Как вы сказали?
— Я буду вам крайне признательна, если вы придержите ваш язык.
Вот сюда.
Теперь положите его.
— Прикажете снять с него сапоги?
— Не надо.
Он частенько в них спит.
Она готова была откусить себе язык — надо же так проговориться! Ретт Батлер негромко рассмеялся, укладывая ноги Джералда на небольшую кушетку.
— Теперь, пожалуйста, уходите.
Он вышел в полутемный холл, поднял свою шляпу, которую, входя, бросил на пороге.
— Надеюсь увидеться с вами в воскресенье за обедом, — сказал он и удалился, бесшумно притворив за собой дверь.
Скарлетт поднялась в половине шестого — пока слуги не пришли накрывать на стол к завтраку — и тихонько спустилась в безмолвные комнаты нижнею этажа.
Джералд проснулся. Он сидел на диване, сжимая свою круглую голову руками. Казалось, он пытается раздавить ее между ладонями, как орех.
Он украдкой покосился на дочь, когда она вошла.
Но малейшее движение глазами доставляло ему такую боль, что он застонал.
— С добрым утречком!
— Как вы себя ведете, па, — сердитым шепотом заговорила Скарлетт.
— Явились домой за полночь и перебудили всех соседей своим пением!
— Разве я пел?