Сама видишь, до чего она дошла.
Белая голытьба!
Даже ниже опустилась, чем ее муженек.
Посмотри на семью Макра.
Втоптаны в землю, беспомощны, не знают, что делать, не знают, как жить.
И даже не пытаются.
Только и причитают, вспоминая, как было хорошо в старину.
Или посмотри на… да, в общем, на кого ни посмотри в нашем графстве, за исключением моего Алекса и моей Салли, да тебя и Джима Тарлтона с его девчонками, ну и еще кое-кого.
Все остальные пошли на дно, потому что нет в них жизненных соков, нет у них духу снова встать на ноги.
Люди эти держались, пока у них были деньги и черномазые, а теперь, когда ни денег, ни черномазых не стало, они уже в следующем поколении станут «голодранцами».
— Вы забыли про Уилксов.
— Нет, я про них не забыла.
Я просто решила быть деликатной и не упоминать про них: ведь Эшли — твой гость.
Но раз уж ты произнесла это имя — что ж, посмотри и на них!
Возьми Индию — как я слышала, она уже превратилась в высохшую старую деву и изображает из себя вдову, потому что Стю Тарлтона убили; она даже не пытается забыть его и постараться подцепить кого-нибудь другого.
Она, конечно, не девочка, но если б постаралась, могла бы подцепить какого-нибудь вдовца с большой семьей.
Ну, а бедная Милочка — та всегда была помешана на мужчинах и не отличалась большим умом.
Что же до Эшли, ты только посмотри на него!
— Эшли — прекрасный человек, — запальчиво начала было Скарлетт.
— Я и не говорю, что не прекрасный, но он беспомощен, как черепаха, перевернутая на спину.
И если семейство Уилксов переживет эти тяжелые времена, то лишь благодаря Мелли.
Это она их вытянет, а не Эшли.
— Мелли!
Господи, бабуля!
Ну, о чем вы говорите?!
Я достаточно долго жила с Мелли и знаю, какая она болезненная и как боится всего, да у нее не хватит духу сказать гусю «пошел вон».
— А зачем, собственно, надо говорить гусю «пошел вон»?
По-моему, это только зряшная трата времени.
Гусю она, может, такого и не скажет, зато скажет всему миру, или правительству янки, или чему угодно, что будет угрожать ее драгоценному Эшли, или ее мальчику, или ее представлениям о жизни.
Она другая, Скарлетт, — не такая, как ты или я.
Так вела бы себя твоя мать, будь она жива.
Мелли часто напоминает мне твою мать в молодости… И очень может быть, что ей удастся вытянуть семейство Уилксов.
— Ну, Мелли-это добропорядочная простофиля.
Что же до Эшли, то вы несправедливы к нему.
Ведь он…
— Да перестань ты!
Эшли только и учили что читать книжки, и больше ничего.
А это не поможет человеку вылезти из тяжкого испытания, которое выпало сейчас всем нам на долю.
Как я слышала, он самый плохой земледелец во всей округе.
Попробуй сравни его с моим Алексом!
До войны Алекс был настоящим денди — никчемнее его во всем свете было не сыскать: только и думал что о новых галстуках, да как бы напиться, да подстрелить кого-нибудь, а нет, так гонялся за девчонками, которые тоже были хороши.
А ты посмотри на него теперь!
Как он научился хозяйствовать, потому что пришлось научиться.
Иначе он подох бы с голоду и все мы вместе с ним.
И вот теперь он выращивает лучший в графстве хлопок — вот так-то, мисс!
Куда лучше того, что выращивают в Таре! И со свиньями, и с птицей умеет обращаться.
Хм!
Хоть и вспыльчивый, а отличный малый.
Умеет ждать своего часа, и если изменились времена, то и он меняется; когда вся эта Реконструкция окончится, вот увидишь — мой Алекс будет такой же богатый, какими были его отец и дед.
А вот Эшли…