– Да ну же, возьми себя в руки.
Ручаюсь, что это был не Уолтер.
С какой стати ему было приходить домой в это время?
Ведь он никогда не приходит среди дня?
– Никогда.
– Ну вот. Голову даю на отсечение, что это была ама.
Она чуть заметно улыбнулась.
Его теплый, обволакивающий голос немного успокоил ее, она взяла его руку и ласково пожала.
Он дал ей время собраться с силами, потом сказал:
– Ну знаешь, надо на что-то решаться.
Может, выйдешь на веранду, оглядишься?
– Мне кажется, если я встану, то сразу упаду.
– Бренди у тебя здесь есть?
Она покачала головой.
Он помрачнел, чувствуя, что теряет терпение, не зная, как быть.
Вдруг она крепче стиснула его руку.
– А если он там дожидается?
Он заставил себя улыбнуться и отвечал тем же мягким, ласкающим голосом, силу которого так хорошо сознавал:
– Ну, это едва ли.
Да не трусь ты, Китти.
Не мог это быть твой муж.
Если бы он пришел и увидел в прихожей чужой шлем, а поднявшись наверх, обнаружил, что твоя дверь заперта, уж он не стал бы молчать.
Конечно же, это был кто-нибудь из слуг.
Только китаец мог повернуть ручку так осторожно.
У нее немного отлегло от сердца.
– Не очень-то это приятно, даже если это была ама.
– С ней можно договориться, а в случае чего я ее припугну.
Быть правительственным чиновником не так уж сладко, но кое-какие преимущества это дает.
Наверно, он прав.
Она встала, повернулась к нему, протянула руки, он обнял ее и поцеловал в губы.
Она задохнулась от счастья, как от боли.
Она боготворила его.
Он отпустил ее, и она пошла к двери.
Отодвинула засов, приоткрыла ставень, выглянула.
Ни души.
Она скользнула на веранду, заглянула в туалетную комнату мужа, потом в свой будуар.
Пусто и там и тут.
Она вернулась в спальню и поманила его:
– Никого.
– Скорее всего это был обман зрения.
– Не смейся.
Я до смерти перепугалась.
Пройди в мой будуар и подожди там, я только обуюсь.
2
Он послушался, и через пять минут она тоже пришла в будуар.
Он курил папиросу.
– Ну что, получу я теперь бренди с содовой?
– Да, сейчас позвоню.
– Тебе и самой не мешало бы выпить.
Они молча дождались, пока явился бой и, выслушав приказание, вышел из комнаты, а потом она сказала: