- Можно сказать, был.
- Не появись я, возможно, она и дала бы вам согласие.
- Черт возьми, наверняка бы дала! - Значит, еще не дала!
- Не появись вы, она наверняка, да, наверняка уже была бы теперь моей невестой.
Не повстречайся вы с ней, вы, вероятно, женились бы на Фанни.
Мисс Эвердин вам не ровня, и нечего вам увиваться за ней, я знаю, вы задумали на ней жениться.
Итак, я прошу вас об одном: оставьте ее в покое!
Женитесь на Фанни. Я сделаю так, что это вас вполне устроит.
- Как же это так?
- Я вам как следует заплачу. Я положу известную сумму на ее имя и позабочусь о том, чтобы вы с ней не знали нужды.
Скажу яснее: Батшеба только играет вами; я уже сказал, что вы слишком бедны для нее. Поэтому не теряйте времени даром, - вам все равно не сделать этой блестящей партии, так сделайте завтра же скромную и честную партию. Берите свой саквояж, немедленно, этой же ночью уходите из Уэзербери и берите с собой пятьдесят фунтов.
Фанни тоже получит пятьдесят и приобретет все нужное к свадьбе, скажите только мне, где она живет; а еще пятьсот будет выплачено ей в день свадьбы.
Голос Болдвуда срывался, и чувствовалось, что почва колеблется у него под ногами и он сознает несостоятельность своей тактики и не слишком верит в успех.
Это был далеко не прежний Болдвуд, степенный, уверенный в себе. Несколько месяцев назад ему показался бы ребяческой глупостью план, который он развивал сейчас.
Влюбленный способен испытывать сильные чувства, недоступные человеку, у которого сердце свободно. Но у человека со свободным сердцем шире кругозор. Сильная привязанность суживает круг интересов, и хотя любовь обогащает человека переживаниями, она ограничивает его поле зрения.
Это перешло все пределы у Болдвуда: не зная, что случилось с Фанни Робин и где она, не имея представления о том, какими средствами располагает Трой, он, не задумываясь, делал ему такое предложение.
- Мне больше нравится Фанни, - проговорил Трой, - и если мисс Эвердии, как вы меня уверяете, для меня недоступна, что ж, пожалуй, в моих интересах принять от вас деньги и жениться на Фанн.
Но ведь она только служанка...
- Это не важно. Так вы принимаете мое предложение?
- Да.
- О! - радостно выдохнул Болдвуд.
- Но скажите, Трой, если она вам больше нравится, то зачем вы затеяли эту игру и разбиваете мое счастье?
- Я больше люблю Фанни, - отвечал Трой, - но Батше... мисс Эвердин увлекла меня и на время вытеснила у меня из сердца Фанни.
Теперь это прошло.
- Но разве могло ваше увлечение так быстро пройти и почему вы снова приехали сюда?
- На это есть серьезные причины.
Так вы даете мне сразу пятьдесят фунтов?
- Ну да. Вот они - пятьдесят соверенов.
- И Болдвуд протянул Трою небольшой сверток.
Тот взял его. - У вас уже все приготовлено заранее, - усмехнулся сержант, - вы, по-видимому, рассчитывали, что я приму деньги.
- Я думал, что вы можете их принять, - отвечал Болдвуд.
- Вы пока что получили от меня только обещание выполнить программу, а я уже получил пятьдесят фунтов! - Я уже думал об этом, но я полагаю, вы человек чести, и я могу вам довериться. Разве это не предусмотрительность? Я предвидел, что вам не захочется потерять пятьсот фунтов, которые вас ожидают в будущем. Вдобавок вы нажили бы себе в моем лице злейшего врага, а теперь я стану вашим другом и готов вам всячески помогать.
- Тсс! Слушайте! - прошептал Трой.
Легкое постукивание каблучков донеслось с вершины холма, на который поднималась дорога.
- Клянусь, это она, - продолжал он.
- Я должен пойти ей навстречу.
- Кто она?
- Батшеба.
- Батшеба, одна на улице в такой поздний час? - в изумлении воскликнул Болдвуд, вскакивая на ноги.
- Почему же вы должны ее встречать?
- Она ожидала меня сегодня вечером, и теперь мне надо с ней переговорить, а потом мы распростимся навсегда, как я вам обещал.
- Зачем, собственно, вам с нею разговаривать?
- Это не повредит. А если я не приду, она станет бродить в темноте, разыскивая меня.
Вы услышите все, что я ей скажу.
И это поможет вам в ваших любовных делах, когда меня не будет здесь.
- Вы говорите насмешливым тоном.
- Ничуть.
Имейте в виду, если она не будет знать, что со мною, она будет все время думать обо мне. Лучше уж мне сказать ей напрямик, что я решил отказаться от нее.
- Вы обещаете, что будете говорить только об этом?
Я услышу все, что вы ей скажете?