— Что вы хотите узнать, доктор Кеан? — В его голосе уважение странно смешалось со спесью.
— Расскажите мне о Мирзе, супруге третьего барона Лэшмора.
Лорд Лэшмор шагнул вперед.
Большие руки сжались в кулаки, глаза горели.
— Что вам известно о ней?
Он был действительно поражен — и зол.
— Я видел ее портрет в замке Дун во время вашего отсутствия.
Мирза, леди Лэшмор, отличалась удивительной красотой.
Когда она вышла замуж?
— В 1615 году.
— Барон привез ее в Англию из…
— Из Польши.
— Она была полячкой?
— Польской еврейкой.
— Детей не было, баронесса умерла раньше мужа, и тот женился во второй раз. Я прав?
Лорд Лэшмор переминался с ноги на ногу и грыз ногти.
— Дети были, — отрезал он.
— Я происхожу именно… из этой ветви.
— Вот как!
— В серых глазах доктора зажегся огонек.
— Наконец мы добрались до фактов!
Почему рождение ребенка держалось в секрете?
— Замок Дун хранит много тайн!
— Лорд стал похож на сурового средневекового аристократа.
— Для Лэшморов не составляло труда скрыть что-либо: была спешно организована свадьба, и мальчика представили всем как отпрыска от второго брака.
Если бы от повторной женитьбы у барона появились дети, то этого не потребовалось бы, но у Дуна обязан был быть наследник.
— Понимаю.
Если бы второй брак не оказался бесплодным, то ребенка от Мирзы — как бы правильно выразиться? — удалили бы?
— Проклятье!
О чем вы?
— Он являлся законным наследником.
— Доктор Кеан, — медленно проговорил Лэшмор, — вы бередите незажившую рану.
Четвертый барон Лэшмор стал тем, о чем принято говорить как о «проклятии рода Дунов».
В замке существует тайное помещение, волновавшее умы многих так называемых оккультистов, куда никто, кроме наследников, не входил уже несколько веков.
Само расположение этой комнаты остается тайной.
Его даже невозможно вычислить.
Кажется, вы много знаете о темных секретах моей семьи; быть может, вам известно, где находится эта комната?
— Безусловно, — спокойно ответил Кеан.
— Она под рвом, в тридцати ярдах к востоку от старого подъемного моста.
Лорд Лэшмор переменился в лице и заговорил уже другим тоном:
— Вероятно, вы также знаете, что в ней?
— Знаю.
Там Пол, четвертый барон Лэшмор, сын Мирзы, польской еврейки!
Лорд Лэшмор вновь опустился в кресло, испуганно глядя на собеседника.
— Я был уверен, что этого никто не знает! — глухо произнес он.
— Воистину, вы глубоко изучили вопрос.
В течение трех лет, долгих трех лет после моего двадцать первого дня рождения, я был вне себя от ужаса, доктор.
Эта тайна привела моего деда в сумасшедший дом, но разум отца оказался более крепок. Надеюсь, мой тоже.
После трех лет кошмара я выбросил Пола Дуна из памяти.
— Вас привели в подземную комнату в ночь вашего двадцать первого дня рождения?