Доктор подавил готовый вырваться возглас.
— Но в то же время и не похоже.
Даже больше похоже на лицо женщины — очень плохой женщины.
На него падал синеватый свет, но я не понял откуда.
Кажется, оно улыбалось, а горящие глаза смотрели прямо на меня.
— Кром- би замолчал и растерянно потер лоб.
— Ничего больше не видел, только это лицо, да так низко, как будто человек полз по полу, а сзади — длинный стебель…
— Ну, — сказал Кеан, — и что же вы сделали?
— Убежал! — признался садовник.
— Если бы вы видели то жуткое лицо, то поняли бы, как я перепугался.
А у двери я оглянулся.
— Надеюсь, ты не забыл закрыть ее за собой, — прорычал Сондерсон.
— Не обращайте внимания, продолжайте! — вмешался Кеан.
— При входе я закрыл за собой дверь, да, сэр, но когда я собирался открыть ее опять, я быстренько поглядел назад, а лица уже не было!
Я вышел и, пока брел по лужайке, все думал, стоит ли вам рассказывать об этом, но тут мне пришло в голову, что я не обратил внимания, торчал ли в двери ключ.
— Вы вернулись проверить? — спросил Кеан.
— Очень не хотелось, — сознался Кромби, — но я пошел туда…
— И?
— Дверь была заперта, сэр!
— И ты заключил, что у тебя разыгралось воображение, — мрачно сказал Сондерсон.
— По-моему, ты не ошибся.
Доктор Кеан опустился в кресло.
— Все в порядке, Кромби, достаточно.
Садовник, пробубнив
«Спокойной ночи, джентльмены», повернулся и вышел из столовой.
— Почему тебя это волнует, — поинтересовался Сондерсон, когда дверь закрылась, — в такое-то время?
— Не бери в голову, — устало ответил доктор.
— Я должен вернуться на Хаф-Мун-стрит, но через час опять буду здесь.
Доктор умолк, встал и вышел в коридор.
Постучал в дверь кабинета — Роберт тут же открыл.
Слова были излишни: в лихорадочно блестящих глазах молодого человека горел вопрос.
Доктор положил руку на плечо сына и хрипло произнес:
— Не стану зря обнадеживать тебя, Роб.
Я возвращаюсь домой и хочу, чтобы ты отправился со мной.
Роберт отвернулся и громко застонал, но отец схватил его за руку, и они вместе покинули этот дом теней, сели в ожидающую у ворот машину и, не обменявшись по пути ни словом, вернулись на Хаф-Мун-стрит.
Глава XXIV.
Цветение лотоса
Доктор Кеан вошел в библиотеку и включил лампу на большом столе.
Сын стоял в дверях, скрестив руки на груди и понурив голову.
Доктор сел, не сводя с него глаз.
Неожиданно Роберт заговорил.
— Возможно ли, возможно ли, сэр, — еле слышно произнес он, — что болезнь Майры каким-то образом связана с орхидеями?
Отец задумчиво нахмурился.
— Что конкретно ты имеешь в виду? — спросил он.
— Орхидеи таят немало загадок.
Их привозят из мест, кишащих необычными и страшными заболеваниями.
Разве не могут они быть связаны…
— С распространением заразы? — закончил за него доктор.
— Я тоже подумал именно об этом.
Но пока подобных случаев зафиксировано не было.