— Я его просто обожаю, — сказала девочка.
— Я нашла его на вересковой пустоши еще щенком, год назад, и принесла домой, но когда он вырос, то стал большим озорником.
— И что он делал? — спросила Энн.
— Он — любитель жевать что попало, — последовал ответ Джордж.
— Дома он сжевал множество вещей — новый коврик, который купила мама, ее самую красивую шляпу, папины домашние туфли, некоторые его бумаги и разное другое.
И к тому же он лаял.
Мне нравилось, как он лаял, а папе нет.
Он говорил, что лай чуть не сводит его с ума.
Он ударил Тимми, и я рассердилась и нагрубила папе.
— А тебя когда-нибудь шлепали? — спросила Энн.
— Я бы не осмелилась грубить твоему папе.
Он выглядит очень сердитым.
Джордж посмотрела на залив.
Ее лицо опять приняло хмурое выражение.
— Как меня наказали, не имеет значения, — ответила она. — Но хуже всего было то, что папа запретил мне держать Тимми дома, а мама поддержала папу и заявила, что Тим должен исчезнуть.
Я плакала целыми днями, а я ведь никогда не плачу, разве мальчики плачут? А я так хочу быть похожей на мальчика.
— Иногда мальчики плачут, — начала Энн, глядя на Дика, который три или четыре года назад был плаксой.
Дик толкнул ее в бок, и она замолчала.
Джордж посмотрела на Энн.
— Мальчики никогда не плачут, — повторила она упрямо.
— Во всяком случае, я не видала ни одного плачущего мальчика и всегда сама стараюсь не плакать.
Это такое ребячество.
Но я не могла не плакать, когда пришлось расстаться с Тимми.
Он тоже плакал.
Ребята с большим уважением посмотрели на Тимми.
Они до сих пор не знали, что собаки могут плакать.
— То есть ты хочешь сказать, что он плакал настоящими слезами? — спросила Энн.
— Нет, не совсем, — ответила Джордж.
— Он слишком мужественный, чтобы так плакать.
Он плакал в голос — выл и выл и выглядел таким жалким, что чуть не разбил мое сердце.
Я не могла от него отказаться.
— Что же случилось потом? — спросил Джулиан.
— Я пошла к знакомому мальчику — сыну рыбака Джеймсу и спросила, не может ли он держать Тимми у себя, если я буду отдавать ему все мои карманные деньги.
Он согласился, и теперь Тимми живет у него.
Поэтому у меня никогда нет денег, я все их трачу на Тимми, а ест он очень много, правда, Тим?
— Гав, — ответил тот и перевернулся на спину так, что все его четыре мохнатые лапы болтались в воздухе.
Джулиан пощекотал его.
— А что ты делаешь, когда тебе хочется чего-нибудь сладкого, вроде мороженого? — спросила Энн, тратившая большую часть своих карманных денег на сладости.
— Ничего, — ответила Джордж.
— Я обхожусь без него, конечно.
Ребятам это показалось ужасным — они любили мороженое, шоколад и другие сладости и поедали их во множестве.
Они удивленно смотрели на Джордж.
— А разве другие ребята, играющие на пляже, не угощают иногда тебя мороженым и конфетами? — спросил Джулиан.
— Я не разрешаю им это делать, — сказала Джордж.
— Раз я сама никогда не могу угостить их, было бы несправедливо брать у них что-нибудь.
Поэтому я говорю «нет».
Вдали раздался звон колокольчика мороженщика.
Джулиан полез в карман.
Он вскочил и побежал, позвякивая монетами.
Через несколько минут он вернулся с четырьмя большими порциями шоколадного мороженого.