Интересно, как туда спускались?
— Надо получше изучить карту, и мы увидим, — сказала Джордж.
— Сейчас нам кажется, что все очень запутано, но когда мы возьмем карту с собой в замок и рассмотрим ее там, мы, вероятно, сможем найти вход в эти скрытые подземелья.
Ух!
Не думаю, что кому-нибудь из ребят довелось пережить такое приключение!
Джулиан тщательно сложил копию карты и спрятал в карман джинсов.
Потерять ее было ни в коем случае нельзя, слишком она была драгоценна.
Потом он положил настоящую карту в шкатулку и посмотрел в сторону дома.
— Не отнести ли шкатулку обратно прямо сейчас? — спросил он.
— Может быть, твой отец все еще спит, Джордж.
Но дядя не спал.
Он проснулся.
К счастью, он не заметил пропажи.
Дядя пришел в столовую, где был накрыт стол для чая, и Джулиан воспользовался моментом.
Он извинился, выскользнул из-за стола и поставил шкатулку на место за креслом дяди.
Вернувшись в столовую, он подмигнул остальным.
Все почувствовали облегчение.
Они боялись дядю Квентина, и никто не хотел оказаться у него на дурном счету.
За все время за столом Энн не произнесла ни слова.
Она страшно боялась проговориться насчет Тимми или насчет шкатулки.
Другие ребята тоже мало разговаривали.
Вдруг зазвонил телефон, и тетя Фанни вышла, чтобы взять трубку.
Она скоро вернулась.
— Звонят тебе, Квентин. — сказала она.
— По-видимому, наш затонувший корабль наделал много шума, и журналисты из лондонской газеты хотели бы задать тебе несколько вопросов насчет неге.
— Скажи, что я приму их в шесть часов вечера, — ответил дядя Квентин.
Ребята обменялись тревожными взглядами.
Они надеялись, что дядя не покажет репортерам шкатулку.
Ведь тогда может раскрыться тайна спрятанного золота.
— Какое счастье, чтомы сняли копию с карты, — сказал Джулиан, когда они остались одни.
— Но я очень жалею, что мы оставили настоящую карту в шкатулке.
Кто-нибудь может раскрыть наш секрет.
НЕОЖИДАННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
На другое утро все газеты были полны сообщениями о том, каким удивительным образом затонувший корабль был выброшен на поверхность моря.
Газетчики выспросили у дяди всю историю затонувшего корабля и золотых слитков, а некоторые из репортеров даже добрались до острова Киррин и сделали снимки разрушенного замка.
Джорджбыла в ярости.
-Это мой остров! — кричала она матери.
— Мой!
Ты говорила, что он мой.
Развене так?
— Конечно, Джордж, дорогая, но будь же разумна, — отвечала мать.
— Острову ничего не сделается от того, что кто-то на нем высадится; ему не повредит, если там сделают какие-то снимки.
— Но я не хочу, чтобы туда ездили, — отвечала Джордж, темнея лицом.
— Ты говорила, что остров мой и затонувший корабль тоже мои.
Ты ведь говорила!
— Но я же не знала, что корабль выбросит на поверхность, — отвечала мама.
— Веди себя разумно, дочка.
Ну что плохого в том, что люди посмотрят на твой корабль?
Как им запретишь?
Джордж не могла запретить таких поездок, но сердилась от этого не меньше.