Однако, когда он подошел к ней ближе, его нос сказал ему, что это действительно был мед, а его язык высунулся и начал полировать рот, готовый приступить к делу.
"Зараза!", сказал Пух, сунув нос в банку.
"Хеффаламп съел его!", Затем он подумал немного и говорит:
"Да нет, это я съел.
Совсем забыл!"
Тем временем проснулся Поросенок.
Как только он проснулся, он сразу сказал себе
"О!".
Потом он храбро сказал себе
"Да!". И затем еще более храбро
"Именно так".
Но он не чувствовал себя вполне храбрым, так как слово, которое крутилось, ?рзало У него в мозгу, было Хеффаламп.
Что такое был этот Хеффаламп?
Был ли он Свиреп?
Приходил ли он на свист?
И как он приходил?
Нежен ли он вообще с Поросятами?
Если он нежен с Поросятами, То Смотря с Какими Поросятами?
Положим, он нежен с Поросятами, но не повлияет ли на это тот факт, что у Поросенка был дедушка по фамилии Нарушитель Гарри?
Он не находил ответа ни на один вопрос.., а ведь он собирался идти смотреть своего первого Хеффалампa, и не далее, как через час.
Конечно, Пух будет с ним рядом, а вдвоем гораздо веселее.
Но что, если Хеффаламп очень нежно любит Поросят и медведей?
Не будет ли лучше притвориться, что у тебя болит голова, и не ходить к Шести Деревьям в это утро?
Но тогда предположим, что день окажется удачным, в Западню не попал ни один Хеффаламп, а он все утро попусту проваляется в постели, теряя время.
Что же делать?
И тогда ему пришла в голову Умная Мысль.
Он тихонечко придет к Шести Деревьям, весьма осторожно заглянет в Западню и посмотрит, есть ли там Хеффаламп.
И если Хеффаламп там, то он убежит и снова ляжет в постель, а если там его нет, то нет.
Итак, он пошел.
Сначала он думал, что в западне не будет Хеффалампa, а потом думал, что будет. Подходя ближе, он уже был уверен, что Хеффаламп там, потому что он мог собственными ушами слышать, как тот хеффалумпил, как не знаю кто.
"Боже милостивый, о боже милостивый", сказал Поросенок.
Он хотел убежать прочь.
Но поскольку он подошел уже очень близко, он почувствовал, что должен хоть одним глазком взглянуть на Хеффалампa.
Итак, он подполз к краю Западни и заглянул в нее...
Все это время Винни-Пух пытался стащить с головы банку из-под меду.
Чем больше он тряс ею, тем глубже он в нее влезал.
"Зараза!", говорил он изнутри банки, а также
"Ох, на помощь!", а чаще просто
"Оу!"
Он пытался разбить ее обо что-нибудь, но так как он не видел того, обо что бился, то и это не помогало. Он попытался выбраться из Западни, но, так как он ничего не видел, кроме банки, и то совсем немного, он не мог найти дороги...
Наконец он задрал голову, банку и все прочее и издал громкий рычащий вопль Печали и Отчаянья... и это было как раз в тот момент, когда Поросенок заглянул в Западню.
"На помощь, на помощь!", кричал Поросенок. "Хеффаламп! Отвратительный Хеффаламп!" И он пустился наутек тяжелым галопом, продолжая выкрикивать:
"На помощь, на помощь, ажусный Хеффаламп!
Мощь, мощь! Лумпасный Хорраламп!
Хвощь, хвощь, атасный Хеллерамп!"
И он, не переставая кричать, галопировал, пока не добрался до Кристофер-Робинова дома.
"Что за дела, Поросенок?", говорит Кристофер Робин, который как раз только что встал.
"Щоп!", говорит Поросенок, тяжело дыша. "Хефф-а Хеффаламп".
"Где?"
"Там", сказал Поросенок, махнув рукой.