— Надеюсь, вы решили освободить дом, мисс Иннес, — сказал он.
— Миссис Армстронг снова телеграфировала мне.
— Я не собираюсь покидать Саннисайд, — упрямо сказала я, — до тех пор, пока не получу ответа на некоторые интересующие меня вопросы.
Я уеду в тот день, когда найдут убийцу.
— Следовательно, судя по тому, что я слышал здесь, вы вернетесь в город очень скоро, — заметил адвокат, и я поняла, что он подозревает скомпрометированного кассира Торгового банка.
Уже возле самых дверей ко мне приблизился мистер Джемисон.
— Как ваша пациентка? — поинтересовался он со своей странной улыбочкой.
— У меня нет никакой пациентки, — ошеломленно ответила я.
— Тогда я спрошу по-другому.
Как дела у мисс Армстронг?
— Э-э… она… очень хорошо, — пробормотала я.
— Великолепно, — весело кивнул молодой человек.
— А наше привидение?
Угомонилось?
— Мистер Джемисон, — вдруг сказала я, — хочу попросить вас об одной вещи. Приезжайте, пожалуйста, в Саннисайд и поживите там несколько дней.
Привидение не угомонилось.
Я хочу, чтобы вы хотя бы одну ночь последили за винтовой лестницей.
Смерть Арнольда Армстронга знаменовала только начало загадочных событий, но не конец.
Следователь посерьезнел.
— Возможно, я приеду, — сказал он.
— Я сейчас занят другими делами… Но… Хорошо, я появлюсь в Саннисайде сегодня вечером.
На обратном пути в Саннисайд мы все молчали.
Я посмотрела на Гертруду.
В ее показаниях я заметила вопиющее несоответствие, которое, конечно, бросилось в глаза всем присутствующим.
У Арнольда Армстронга не было с собой ключа, однако Гертруда, сказала, что заперла восточную дверь.
Значит, его впустил кто-то из домашних — снова и снова повторяла я про себя.
Вечером того же дня я со всей возможной деликатностью сообщила Луизе о смерти ее сводного брата.
Девушка сидела в кресле, обложенная подушками, и слушала меня молча.
Было совершенно ясно, что потрясена она сверх всякой меры. Если я рассчитывала догадаться о чем-то по выражению ее лица, то я просчиталась.
Относительно причин убийства брата Луиза находилась в таком же неведении, как и мы.
ДЫРКА В СТЕНЕ
Мое приглашение следователя в Саннисайд вызвало неожиданную бурю протестов со стороны Гертруды и Хэлси.
К подобной вспышке негодования я была совершенно не готова и не знала, как на нее реагировать.
На мой взгляд, мистер Джемисон представлял гораздо меньше опасности, постоянно находясь у меня перед глазами, нежели сидя в городе и подтасовывая улики и мотивы удобным для себя образом, а также получая интересующую его информацию о происходящих в Саннисайде событиях неким оккультным методом.
Я была рада его присутствию в доме именно теперь, когда обстановка начала быстро накаляться.
Дела в Саннисайде грозили принять новый оборот. В понедельник или, самое позднее, во вторник доктор Уокер собирался вернуться в свой бело-зеленый домик в деревне, и от отношения к нему Луизы зависело счастье или несчастье Хэлси.
Кроме того, скорое возвращение миссис Армстронг, безусловно, означало наше скорое расставание с девушкой, а я успела сильно к ней привязаться за это время.
С того дня, как мистер Джемисон поселился в Саннисайде, в отношении Гертруды ко мне произошла легкая перемена — неуловимая, не поддающаяся анализу, но все же ощутимая.
Девушка больше не была вполне откровенна со мной, хотя, надеюсь, ее нежная привязанность ко мне никогда не ослабевала.
Тогда я приписала легкое охлаждение Гертруды ко мне тому обстоятельству, что я запретила ей поддерживать любую связь с Джоном Бэйли и отказалась признавать помолвку молодых людей.
Большую часть времени Гертруда проводила, гуляя по поместью и по округе.
Хэлси целыми днями играл в гольф в местном клубе, а, когда на следующей неделе Луиза покинула Саннисайд, мы с мистером Джемисоном проводили много времени вместе.
Он неплохо играл в крибидж, но мошенничал, раскладывая пасьянс.
По прибытии следователя в Саннисайд вечером в субботу я имела с ним серьезный разговор, в ходе которого сообщила о случае с Луизой Армстронг, имевшем место предыдущей ночью на винтовой лестнице, а также о неизвестном человеке, испугавшем Рози на аллее.
Мистер Джемисон выслушал меня с интересом и отклонил предложение врезать в восточную дверь дополнительный замок, сославшись на следующий сильный довод:
— Вполне вероятно, — сказал он, — что наш таинственный незнакомец снова вернется в Саннисайд. И нам не следует ничего трогать здесь, дабы не возбудить у преступника никаких подозрений.
Я смогу вести наблюдение за дверью по крайней мере половину каждой ночи, и, возможно, мистер Иннес поможет мне.
И я бы не стал посвящать в наши дела Томаса.
Старик явно знает гораздо больше, чем притворяется.
Я предположила, что, может быть, Алекс, садовник, захочет помочь нам, и мистер Джемисон согласовал все организационные вопросы с молодым человеком.