Нет, существуют только два лекарства – работа и любовь.
Когда ты не работаешь, нужно любить.
– Значит, так тому и быть, – изрек Биркин.
– Посоветуй кого-нибудь в этом случае, – сказал Джеральд. – А то мои варианты уже давно исчерпаны.
– Неужели?
И что?
– А то, что осталось только умереть, – ответил Джеральд.
– Ну, так умри, – сказал Биркин.
– Это же ни к чему не приведет, – ответил Джеральд.
Он вынул руки из карманов и потянулся за сигаретой.
Он нервничал и чувствовал скованность.
Он наклонился к лампе и прикурил сигарету, крепко затягиваясь.
Хотя он и был один, он переоделся к ужину, как было заведено в его доме.
– Есть и третье лекарство, не уступающее двум твоим, – сказал Биркин. – Работа, любовь и борьба.
Ты забыл про борьбу.
– Пожалуй, да, – сказал Джеральд. – Ты когда-нибудь боксировал?
– Нет, насколько я помню, – ответил Биркин.
– Эх… Джеральд поднял голову вверх и медленно выпустил струйку дыма в воздух.
– А что? – поинтересовался Биркин.
– Ничего.
Я подумал, что можно было бы побоксировать.
Возможно, я действительно хочу нанести сокрушительный удар.
Это идея.
– То есть, ты решил, что с таким же успехом ты мог нанести этот удар мне? – поинтересовался Биркин.
– Тебе?
Возможно!
По-дружески, разумеется.
– Еще бы! – язвительно сказал Биркин.
Джеральд облокотился на каминную доску.
Он посмотрел сверху вниз на Биркина и в его глазах мелькнул страх, который можно видеть в налитом кровью и возбужденном взгляде жеребца, обращенном с застывшим ужасом на седока.
– Мне кажется, если я забуду про осторожность, то совершу какую-нибудь глупость, – сказал он.
– А почему бы и нет? – холодно ответил Биркин.
Джеральд слушал с острым нетерпением.
Он не сводил глаз с Биркина, точно что-то в нем выискивая.
– Когда-то я занимался японской борьбой, – сказал Биркин. – В Гейдельберге в одном доме со мной жил японец, он кое-чему меня научил.
Но особых успехов я не добился.
– Интересно! – воскликнул Джеральд. – Я никогда такого не видел.
Полагаю, ты говоришь о джиу-джитсу?
– Да.
Но у меня плохо получалось – я никогда этим особенно не интересовался.
– Не интересовался?
А я наоборот.
Как это делается?
– Если хочешь, я покажу тебе то, что сам знаю, – предложил Биркин.
– Правда? – при этом на лице Джеральда появилась непонятная напряженная улыбка. – С радостью поучусь.
– Значит, будем заниматься джиу-джитсу.
Только в накрахмаленной рубашке вряд ли что получится.
– Так давай разденемся и сделаем все, как положено.
Подожди-ка минутку… Он позвонил в колокольчик, и вскоре появился лакей.
– Принеси сэндвичи и сифон, – приказал он слуге, – и больше не беспокойте меня сегодня – да, и чтобы никто другой также не беспокоил.