– Хорошо, – с внезапным раздражением сказал он, окидывая ее взглядом. – Тогда уходите и оставьте меня одного.
Больше не хочу слышать ваши показные шутки.
– А это и правда шутки? – насмешливо спросила она, и на ее лице больше не было хмурого выражения – только смех.
Она истолковала эту фразу как скрытое признание в любви.
Но в его словах было много и глупостей.
Много минут протекли в молчании, она радовалась и чувствовала воодушевление, как ребенок.
Сосредоточенное выражение исчезло с его лица, и он начал смотреть на нее просто и естественно.
– Я хочу создать с тобой необычный союз, – тихо сказал он, – не просто завести интрижку – тут ты права, – а построить равновесие, идеальное равновесие между двумя отдельными сущностями, подобно тому, которое удерживает рядом звезды.
Она взглянула на него.
Он был очень серьезным, и эта его серьезность всегда казалась ей смешной и банальной.
Из-за нее она переставала чувствовать себя свободно и раскрепощенно.
И в то же время он очень сильно ей нравился.
Но ох уж это его витание в облаках…
– Не кажется ли тебе, что все это слишком уж внезапно? – подшучивала она.
Он рассмеялся.
– Лучше прочитай условия договора до того, как мы его подпишем, – ответил он.
Молодой серый кот, который до этого спал на диване, спрыгнул на пол и потянулся, вытягивая длинные лапы и выгибая тонкую спину.
Затем он замер на мгновение в сидячем положении, по-королевски выпрямив спину.
И вдруг, словно молния, метнулся из комнаты в открытую стеклянную дверь и выскочил в сад.
– Куда это он? – спросил, поднимаясь с места, Биркин.
Кот, размахивая хвостом, величественно прошествовал по тропинке.
Этот стройный молодой джентльмен был обычной серой масти, с черными полосками и белыми лапами.
Вдоль забора, сжавшись в комок, пробиралась пушистая коричневато-серая кошка.
Мино подошел к ней с важным выражением на лице и с чисто мужской небрежностью.
Мягкая пушистая бродяжка скорчилась перед ним и униженно прижалась к земле, обратив на него свои чудесные зеленые, словно огромные изумруды, глаза.
Он посмотрел на нее, как посмотрел бы на любую другую.
Тогда она проползла еще несколько дюймов, постепенно приближаясь к задней двери, съежившись в великолепной, мягкой, самозабвенной позе и передвигаясь, словно тень.
Он пошел за ней, горделиво гарцуя на своих длинных лапах, а затем внезапно, без всякой причины, легко ударил ее лапой по мордочке.
Она отскочила на несколько шагов, словно лист, подхваченный порывом ветра, а затем почтительно замерла на месте, свернувшись в комочек и нетерпеливо ожидая того момента, когда можно будет бежать дальше.
Мино же притворился, что не обращает на нее внимания.
Прищуренным взглядом он оглядывал свои владения.
Через минуту коричневато-серая пушистая тень все же решилась и мягко прокралась на несколько шагов вперед.
Она прибавила шагу, и казалось, что вот-вот она исчезнет, как видение, но тут молодой серый повелитель прыжком отрезал ей путь и дал ей легкую, но увесистую пощечину.
Она беспрекословно повиновалась ему и отпрянула назад.
– Это дикая кошка, – сказал Биркин. – Она пришла из леса.
Бродячая кошка мгновенно осмотрелась вокруг, и какое-то время пристально рассматривала Биркина зелеными огоньками глаз.
Затем она торопливо побежала, мягко и быстро перебирая лапками, и ей удалось добежать до самой середины сада.
Здесь она остановилась и оглянулась.
Мино с видом полного превосходства повернулся к хозяину и медленно прикрыл глаза, замерев на месте в той позе, какую мог бы избрать художник, создавая статую идеального молодого кота.
Дикая кошка все это время не спускала с него своих круглых, зеленых, удивленных глаз, сияющих, словно таинственные огоньки.
И она снова серой тенью скользнула к кухне.
Словно порыв ветра, Мино совершил неподражаемый прыжок и белым, мягким кулачком отвесил кошке два крепких удара.
Слепо повинуясь ему, она прижала уши и отползла назад.
Он пошел следом вслед за ней и неторопливо стукнул ее белыми лапками еще несколько раз, когда она меньше всего этого ожидала.
– Зачем он это делает? – негодующе воскликнула Урсула.
– Они состоят в очень близких отношениях, – ответил Биркин.
– И поэтому он бьет ее?
– Да, – рассмеялся Биркин, – думаю, он хочет, чтобы она это ясно поняла.
– Как нехорошо с его стороны! – воскликнула она и, выйдя в сад, крикнула Мино: – Прекрати, не издевайся над ней.
Хватит ее бить.