Утром на его звонок Паспарту тоже не явился. Что подумал почтенный джентльмен, узнав, что его слуга вообще не вернулся в гостиницу, этого никто не может сказать. Мистер Фогг ограничился тем, что взял свой саквояж, послал предупредить миссис Ауду и приказал нанять паланкин.
Было еще только восемь часов. Полный прилив, которым должен был воспользоваться «Карнатик», чтобы выйти в открытое море, ожидался в половине десятого.
Паланкин прибыл к дверям гостиницы, мистер Фогг и миссис Ауда заняли места в этом комфортабельном экипаже; багаж следовал за ними в тележке. Через полчаса наши путешественники были уже на пристани, и там мистер Фогг узнал, что «Карнатик» отплыл накануне.
Мистер Фогг, который рассчитывал найти одновременно и пакетбот и своего слугу, не нашел ни того, ни другого. На его лице не промелькнуло и тени досады, а в ответ на тревожный взгляд миссис Ауды он только произнес:
— Сударыня, это простая случайность, не больше.
В эту минуту к ним приблизился какой-то человек, внимательно наблюдавший за ними издалека.
То был полицейский инспектор Фикс. Он поклонился и сказал:
— Сударь, вы, верно, как и я, один из пассажиров, прибывших вчера на «Рангуне»?
— Да, — холодно ответил мистер Фогг.
— Но я не имею чести…
— Извините меня, я рассчитывал найти здесь вашего слугу.
— А вы знаете, где он? — живо спросила молодая женщина.
— Как! Разве он не с вами? — с притворным удивлением сказал Фикс.
— Нет, — ответила миссис Ауда.
— Он не появлялся со вчерашнего дня.
Не уехал ли он без нас на «Карнатике»?
— Без вас, сударыня?… — протянул агент.
— Но простите за нескромный вопрос: вы, стало быть, рассчитывали отплыть на этом пакетботе?
— Да, сударь.
— Я тоже, сударыня, и теперь я в полном отчаянии.
«Карнатик» закончил ремонт раньше времени и покинул Гонконг двенадцать часов тому назад, не предупредив никого из пассажиров. И теперь придется ждать восемь дней до следующего парохода!
Говоря «восемь дней», Фикс чувствовал, как его сердце колотится от радости. Восемь дней!
Фогг задержан на восемь дней в Гонконге!
За это время придет ордер на его арест. Наконец-то судьба улыбнулась представителю закона.
Его словно обухом ударили по голове, когда он услышал, как Филеас Фогг спокойно произнес:
— Но ведь в Гонконге должны быть, мне кажется, и другие корабли помимо «Карнатика».
И мистер Фогг, предложив руку миссис Ауде, отправился к докам в поисках отплывающего судна.
Ошеломленный Фикс следовал за ним. Можно было подумать, что какая-то нить привязывала его к этому человеку.
Но, как видно, судьба окончательно изменила тому, кому так исправно дотоле служила.
Филеас Фогг в продолжение трех часов исходил гавань вдоль и поперек; он решил, если понадобится, зафрахтовать специальное судно до Иокогамы, но видел лишь суда, которые стояли под погрузкой или выгрузкой и, следовательно, не могли сняться с якоря.
В сердце Фикса оживала надежда.
Однако мистер Фогг не падал духом. Он продолжал свои поиски, готовый добраться даже до Макао, как вдруг его остановил во внешней гавани какой-то моряк.
— Ваша милость ищет корабль? — сказал он, снимая шляпу.
— У вас есть готовый к отплытию корабль? — спросил мистер Фогг.
— Да. Лоцманское судно номер сорок три, лучшее во всей флотилии.
— Хороший ход?
— От восьми до девяти миль.
Желаете взглянуть на него!
— Да.
— Ваша милость останется довольна.
Ведь дело идет о морской прогулке?
— Нет. О путешествии.
— О путешествии?
— Возьметесь вы доставить меня в Иокогаму?
При этих словах моряк вытаращил глаза и замахал руками.
— Ваша милость изволит смеяться?
— Нет!
Я опоздал к отплытию «Карнатика», а мне необходимо не позднее четырнадцатого быть в Иокогаме, чтобы застать пароход на Сан-Франциско.
— Очень сожалею, но это невозможно.
— Я вам предлагаю сто фунтов в день и премию в двести фунтов, если вы доставите меня вовремя.