Как видно, одна из партий отступала, но зрителям не было понятно, кто берет верх: Мэндибой или Кэмерфильд.
— Думаю, что благоразумнее всего нам будет уйти, — заметил Фикс, которому вовсе не хотелось, чтобы его «подопечный» ввязался в какую-нибудь историю или стал жертвой случайного удара.
— Если здесь как-нибудь замешана Англия и в нас узнают англичан, то обязательно втянут в драку!
— Английский гражданин… — начал было Филеас Фогг.
Но наш джентльмен не успел закончить фразу. Сзади него, на террасе, раздались ужасающие вопли:
«Гип-гип, ура! Да здравствует Мэндибой!.»
То был новый отряд избирателей, который спешил на подмогу, обходя с фланга сторонников Кэмерфильда.
Мистер Фогг, миссис Ауда и Фикс очутились меж двух огней. Отступать было поздно.
Поток людей, вооруженных кастетами и тростями с свинцовыми набалдашниками, был неудержим.
Филеаса Фогга и Фикса, защищавших молодую женщину, сильно помяли. Как всегда флегматичный, мистер Фогг попробовал было отбиваться с помощью того естественного оружия, которым природа снабдила каждого англичанина, но тщетно.
Здоровенный широкоплечий мужчина с рыжей бородой и багровым лицом, как видно предводитель этой банды, занес свои страшные кулаки над мистером Фоггом, и нашему джентльмену пришлось бы худо, если бы не Фикс, который самоотверженно принял предназначенный для другого удар.
Огромная шишка тотчас же вскочила у него на голове под шелковым цилиндром, который сразу превратился в берет.
— Янки! — процедил мистер Фогг, бросая на своего противника взгляд, полный презрения.
— Англичанин! — ответил тот.
— Мы с вами еще встретимся!
— Когда вам будет угодно.
Ваше имя?
— Филеас Фогг.
А ваше?
— Полковник Стэмп В.Проктор.
Вслед за тем человеческая волна пронеслась дальше. Фикса сбили с ног; когда он поднялся, вся его одежда была порвана в клочья, но серьезных ушибов он не получил.
Его дорожное пальто оказалось разорванным на две неравные части, а брюки походили на штаны, которые носят некоторые индейцы, выдрав предварительно, согласно туземной моде, всю их заднюю часть.
Но, главное, миссис Ауда осталась невредима, один лишь Фикс пострадал от кулачных ударов.
— Благодарю вас, — сказал мистер Фогг сыщику, когда они выбрались из толпы.
— Не за что, — ответил Фикс, — но идемте!
— Куда?
— В магазин готового платья.
Действительно, подобное посещение было вполне своевременно.
Костюмы Филеаса Фогга и Фикса превратились в лохмотья, словно оба джентльмена дрались на стороне достопочтенных Кэмерфильда или Мэндибоя.
Час спустя, одевшись как следует и купив новые головные уборы, они вернулись в «Международный отель».
Паспарту уже ожидал там своего хозяина, вооруженный полдюжиной шестизарядных револьверов центрального боя.
Когда он заметил Фикса рядом с мистером Фоггом, лицо его омрачилось. Но миссис Ауда кратко рассказала ему о случившемся, и Паспарту успокоился.
Очевидно, Фикс перестал быть врагом и сделался союзником. Он честно держал свое слово.
После обеда вызвали экипаж, который должен был отвезти наших путешественников и их багаж на вокзал.
Садясь в экипаж, мистер Фогг спросил Фикса:
— Вы больше не видели этого полковника Проктора?
— Нет, — ответил Фикс.
— Я вернусь в Америку и найду его, — холодно произнес мистер Фогг.
— Не подобает, чтобы британский гражданин позволил так с собою обращаться.
Полицейский инспектор улыбнулся и промолчал.
Как видно, мистер Фогг относился к той категории англичан, которые не допускают дуэли у себя на родине, но за границей готовы драться, когда надо защитить свою честь.
Без четверти шесть путешественники прибыли на вокзал и застали поезд, готовый к отправлению.
Входя в вагон, мистер Фогг спросил у проводника:
— Послушайте, друг мой, что это сегодня происходило в Сан-Франциско?
— Митинг, сударь, — ответил проводник.
— Но мне показалось, что на улицах было необычайное оживление?
— Нет, то был обычный избирательный митинг.
— Вероятно, выбирали главнокомандующего? — спросил мистер Фогг.
— Нет, сударь, мирового судью.
Выслушав этот ответ, мистер Фогг молча вошел в вагон; через мгновение поезд на всех парах понесся вперед.