Или же всерьез говоришь?
-- Ох, масса Стумп!
Очень горько этому малому говорить, но это сама правда.
Все поехали искать, где он лежит.
-- На, отнеси это на кухню.
Здесь индюк и дикие куры.
Где мисс Луиза?
-- Я здесь, мистер Стумп.
Идите сюда! -- ответил серебристый голосок, хорошо знакомый охотнику, но на этот раз такой грустный, что Зеб Стумп с трудом узнал его. -- Увы!
Все, что Плутон вам сказал,-- все это правда.
Мой брат пропал.
Его никто не видел с позавчерашнего вечера.
Его лошадь вернулась домой с пятнами крови на седле.
О Зеб, даже страшно подумать!
-- Еще бы!
Он уехал куда-то, а его лошадь вернулась одна...
Я не хочу причинить вам лишней боли, мисс Луиза, но, раз поиски продолжаются, может быть, я смогу помочь, а для этого мне надо знать подробности.
Луиза рассказала Зебу все, что знала.
Она умолчала только о сцене в саду и о том, что ей предшествовало.
В подтверждение того, что Генри, наверно, поехал за мустангером, она сослалась на рассказ Обердофера.
Ее голос прерывался от нестерпимого горя, которое сменилось негодованием, когда она заговорила о том, что убийцей ее брата считают Мориса.
-- Это ложь! -- вскричал охотник, разделяя ее возмущение.--Клевета! Подлец это придумал!
Еще чего!
Мустангер не из тех, кто пойдет на такое дело.
И зачем ему это?
Если бы еще между ними была неприязнь -- так ведь ее же не было!
Я отвечаю за мустангера -- он не раз хвалил мне вашего брата.
Правда, он терпеть не мог вашего двоюродного брата,-- а кто его любит, хотел бы я знать?
Простите, что я так говорю вам.
Вот если бы между вашим братом и мустангером произошла ссора, то...
-- Нет-нет! -- закричала креолка, выдав себя в порыве горя.-- Все было улажено.
Генри хотел извиниться, он сам сказал, что неправ, а Морис...
Удивленный взгляд собеседника заставил ее замолчать.
Закрыв лицо руками, она зарыдала.
-- Эх, эх! -- пробормотал Зеб.-- Значит, между ними все-таки что-то было...
Вы сказали, мисс Луиза, что была... ссора между вашим братом и...
-- Милый, милый Зеб! -- воскликнула она, отнимая руки от лица и глядя прямо в глаза великану-охотнику. -- Обещайте мне, что вы сохраните мою тайну!
Обещайте мне как друг, как честный и порядочный человек.
Вы обещаете, правда?
Охотник вместо обещания поднял свою огромную руку и затем выразительно ударил себя по левой стороне груди.
Через пять минут он был уже посвящен в тайну, которую женщина редко поверяет мужчине и открывает лишь тому, кто действительно заслуживает самого глубокого доверия.
Зеб Стумп удивился этому признанию меньше, чем можно было ожидать; он только пробормотал про себя:
"Я так и думал, что тут что-то будет,-- особенно после той скачки по прерии".
-- Что же тут такого, мисс Луиза! -- продолжал он сочувственно.-- Стыдиться здесь нечего -- вот что я вам скажу.
Женщина всегда остается женщиной, в прерии так же, как и везде на свете. И, если вы отдали свое сердце мустангеру, это еще не значит, что вы сделали плохой выбор.
Хоть он и ирландец, да не из простых, уж вы мне поверьте!
А все остальное, что вы мне рассказали, подтверждает то, что я говорил: он не мог совершить этого преступления, если только оно вообще было совершено.
Какие есть доказательства?
Только то, что лошадь вернулась с пятнами крови на седле?
-- Увы, найдены и другие улики.