Охотник быстро прикинул, какое расстояние ему надо будет преодолеть и сколько потребуется для этого времени.
Его расчет оказался точным.
Когда его голова была почти на уровне равнины, он увидел возвышающиеся над ней плечи всадника.
Еще один шаг вверх по тропе -- и открылась вся фигура всадника.
Еще шаг -- и лошадь вырисовалась на фоне неба от челки до копыт.
Лошадь остановилась над самым обрывом, видимо собираясь опуститься вниз. Наверно, всадник из осторожности натянул поводья? Или она услышала шаги охотника? Вероятнее всего, она его почуяла.
Как бы то ни было, она стояла прямо перед охотником.
Увидев этот странный силуэт, Зеб остановился.
У всякого другого на его месте, наверно, волосы поднялись бы дыбом. Даже у Зеба "мурашки побежали по спине", как он сам потом признался.
Однако охотник твердо решил выполнить намерение, которое привело его сюда: узнать, кто это -- человек или дьявол.
Не теряя времени, Зеб вскинул ружье к плечу; его взгляд скользил вдоль ствола; луна светила так ярко, что можно было прицелиться прямо в грудь всадника без головы.
Еще мгновение -- и пуля пронзила бы его сердце; но у охотника вдруг мелькнула мысль:
"А что, если это будет убийство?"
Зеб опустил ружье и минуту колебался.
-- Может, это человек? -- пробормотал он. -- Хотя что-то не похоже...
Вряд ли под этой мексиканской тряпкой хватит места для головы.
Если это в самом деле человек, то у него, я полагаю, должен быть язык, только где он может помещаться -- не знаю...
Эй, незнакомец!
Поздненько же вы катаетесь!
И где это вы забыли свою голову?
Ответа не последовало.
Только лошадь фыркнула, услышав человеческий голос.
И все.
-- Вот что, незнакомец!
С вами разговаривает старый Зеб Стумп из штата Кентукки.
Он не из тех, над кем можно шутки шутить.
Я хочу, чтобы вы объяснились начистоту.
Карты на стол, а то потеряете и их и ставку!
Ну, отвечайте же, или я выстрелю!
Снова никакого ответа.
Даже лошадь только встряхнула головой, по-видимому уже привыкнув к голосу Зеба.
-- И черт с тобой! -- закричал охотник, выведенный из себя молчанием, которое показалось ему оскорбительным. -- Даю тебе еще шесть секунд, и, если ты мне не ответишь, я стреляю!
Если ты чучело, то это тебе не повредит.
А если дьявол, то тем более.
Но ежели ты человек, а прикидываешься мертвецом, то заслуживаешь пули за такую дурь.
Ну, отвечай! -- продолжал он с возрастающим раздражением. -- Отвечай, тебе говорят!..
Не хочешь? Ладно!
Я стреляю!
Раз, два, три, четыре, пять, шесть...
В ту секунду, когда должно было бы прозвучать "семь", если бы счет продолжался, раздался резкий треск выстрела, свист пули и затем глухой удар -- это свинец попал во что-то твердое.
Выстрел, казалось, не дал никаких результатов -- только лошадь испуганно заржала.
Всадник же продолжал спокойно сидеть в седле.
Впрочем, и лошадь как будто не очень испугалась.
В ее звучном ржании охотнику почудилась насмешка.
И все же она сорвалась с места и умчалась диким галопом, оставив Зеба в таком глубоком изумлении, какого ему еще не приходилось испытывать.
Несколько секунд после выстрела Зеб Стумп не поднимался с колена.
Если до выстрела у него по спине бегали мурашки, то теперь его пробрала холодная дрожь.
Он был не только изумлен -- он оцепенел от ужаса.
Старый охотник был вполне уверен, что его пуля попала в сердце всадника или, во всяком случае, в то место, где у человека должно быть сердце.
Был ли это человек?