-- Может, и была змея,-- вмешался охотник.-- Посмотрим -- авось найдем ее.
Чудно все же!
Кругом вашего дома лежит веревка из конского волоса.
Как же это гадюка могла перебраться через нее?..
Вон, вон она!
Говоря это, охотник указал в угол комнаты, где, свернувшись кольцом, лежала змея.
-- Да это всего лишь "курочка"! -- продолжал Стумп. -- Она не опаснее голубя.
Искусать она не могла, но мы все равно с ней расправимся.
С этими словами охотник схватил ужа, высоко поднял и бросил оземь с такой силой, что почти лишил его способности двигаться.
-- Вот и все, мистер Фелим,-- сказал Зеб, наступая змее на голову своим тяжелым каблуком.-- Ложись и спи спокойно до утра: змеи тебя больше не тронут.
Подталкивая ногой убитого ужа и весело посмеиваясь, Зеб Стумп вышел из хижины; снова растянулся он на траве во весь свой огромный рост и на этот раз наконец заснул.
Глава VIII. МНОГОНОЖКА
После расправы со змеей все успокоились.
Вой собаки прекратился вместе с воплями Фелима.
Мустанги снова спокойно стояли под тенью деревьев.
В хижине водворилась тишина; только время от времени было слышно, как ерзал ирландец на подстилке из мустанговой шкуры, не веря больше в защиту веревки из конского волоса.
Снаружи тишину нарушал лишь один звук, совсем не похожий на шорохи, доносившиеся из хижины.
Это было нечто среднее между мычаньем аллигатора и кваканьем лягушки; однако, поскольку этот звук вылетал из ноздрей Зеба Стумпа, вряд ли он мог быть чем-нибудь иным, нежели здоровым храпом заснувшего охотника.
Его звучность говорила о том, что Зеб крепко спит.
Охотник заснул почти сразу, как только снова улегся внутри веревочного кольца.
Шутка, которую он сыграл с Фелимом, чтобы отомстить за прерванный сон, успокоительно подействовала на него, и он теперь наслаждался полным отдыхом.
Почти целый час длился этот дуэт; время от времени ему аккомпанировали крики ушастой совы и заунывный вой койота.
Но вот снова зазвучал хор. Запевалой, как и в прошлый раз, был Фелим.
-- Спасайте, погибаю! -- закричал неожиданно ирландец, разбудив не только своего хозяина в хижине, но и гостя на лужайке.-- Святая Дева!
Заступница чистых душ!
Спаси меня!
-- Спасти тебя? От кого? -- спросил Морис Джеральд, снова вскочив с постели и торопливо зажигая свет. -- Что случилось?
-- Другая змея, ваша милость.
Ох! Ей-богу, гадюка, зловреднее той, которую убил мистер Стумп.
Она искусала мне всю грудь.
Место, где она проползла, горит, будто кузнец из Баллибаллаха обжег меня раскаленным железом.
-- Будь ты проклят, олух! -- закричал Зеб Стумп, появляясь в дверях с одеялом на плече.-- Второй раз ты будишь меня, дурак!.. Прошу прощения, мистер Джеральд!
Известно, что дураков во всех странах хватает -- и в Америке, и в Ирландии,-- но такого идиота, как Фелим, я еще не встречал.
Это сущее несчастье! Вряд ли нам сегодня удастся заснуть, если мы не утопим его в речке.
-- Ох, милый Стумп, не говорите так!
Клянусь, что здесь опять змея!
Я уверен, что она еще в хижине.
Только минуту назад я чувствовал, как она ползала по мне.
-- Это тебе приснилось, наверно? -- сказал охотник полувопросительно и более спокойно.-- Говорю тебе, что ни одна техасская змея не переползет через волосяную веревку.
Та наверняка была уже в хижине до того, как ты положил лассо. Вряд ли тут спрятались две сразу.
Сейчас поищем...
-- О Господи! -- кричал ирландец, задирая рубашку.-- Вот он, след змеи, как раз на ребрах!
Значит, была здесь вторая!
О Пресвятая Дева, что со мной будет?
Жжет, как огнем!
-- Змея? -- воскликнул Стумп, приближаясь к перепуганному ирландцу и держа над ним свечу. -- Как же, змея!
Нет, черт побери, клянусь, что это не змея!
Это хуже!
-- Хуже змеи? -- воскликнул Фелим в отчаянии. -- Хуже, вы сказали, мистер Стумп?
Вы думаете, это опасно?