В Союзе Мировом всех стран.
Магическая клеточка музыки — электрическое пианино в неглубоком, выложенном изразцами фойе «Аякса», любимого кинематографа Алтамонта, смолкло с жестяной резкостью, секунду зловеще жужжало и без всякого предупреждения заиграло вновь.
Путь далёкий до Типперери.
Мир содрогался от топота марширующих людей.
Мисс Маргарет Бленчерд и миссис Ч.
М. Макриди, занаркотизированная жена фармацевта, которая, как свидетельствовала белая рыхлая ткань её лица и блестящая одурманенность широких зрачков, слишком часто медвяную пила росу, вышли из кинематографа и повернули к аптеке Вуда.
Сегодня показывает «Вайтограф» — Морис Костелло и Эдит М. Стори в «Бросьте спасательный канат».
Мимо в соломенной шляпе, которую он носил зимой и летом, подергиваясь, выворачивая внутрь искалеченную ногу, выпучив глаза, прошёл Уилли Гофф, торговец карандашами: крупная голова идиота болталась на жилистой шее.
Пальцы его высохшей руки были окаменело обращены к нему — они манили его, прикасаясь к нему, пока он шёл жесткими рывками, как жуткая пародия на чванство.
Из грудного кармана его аккуратно перепоясанной норфолкской куртки буйным пятном свисал носовой платок с сине-жёлто-малиновым узором, широкий отложной шёлковый воротник, расчерченный красными и оранжевыми полосками, цвёл поперёк его узких плеч.
На лацкане — огромная красная гвоздика.
Его худое личико под выступающим шарообразным лбом непрерывно ухмылялось, навсегда пропитанное широкими, плещущими, откатывающимися, возвращающимися идиотскими улыбками.
Ибо, проживи он хоть тысячу лет, его настроение ни разу не омрачилось бы.
Он что-то восторженно шепелявил всем встречным, и они отвечали ему сочувственными усмешками, а у аптеки его громкими возгласами и смехом приветствовали молодые люди, околачивавшиеся возле фонтанчика.
Они шумно сомкнулись вокруг него, и, хлопая по спине, потащили к фонтанчику.
Очень довольный, он смотрел на них радостно и благодарно.
— Что пьёшь, Уилли? — спросил мистер Тобиас Поттл.
— Мне кока-колу, — сказал Уилли Гофф ухмыляющемуся газировщику. — Кока-колу с лимонным соком.
Пэдж Карр, сын политического воротилы, радостно захохотал.
— Хочешь кока-колу с лимонным соком, а, Уилли? — сказал он и изо всех сил хлопнул его по спине.
Его толстое глупое лицо посерьёзнело.
— Возьми сигарету, Уилли, — сказал он, протягивая пачку Уилли Гоффу.
— Чего налить? — спросил газировщик Тоби Поттла.
— Мне тоже кока-колу.
— Я ничего не буду, — сказал Пэдж Карр.
Напитки, что благородно пьянили их, не затмевая разум.
Пэдж Карр поднес зажжённую спичку к сигарете Уилли Гоффа и медленно подмигнул Бренди Чэлмерсу, высокому красивому малому с чёрными волосами и длинным смуглым лицом.
Уилли Гофф затянулся своей сигаретой, раскуривая её сухими, чмокающими губами.
Он закашлялся, вынул её изо рта и неуклюже зажал между большим и указательным пальцами, с любопытством на неё посматривая.
Они прыснули, и смех их запутался и исчез в клубах табачного дыма; они захлёбывались — наглец, лакей и конюх.
Брейди Чэлмерс осторожно вытащил пёстрый платок Уилли у него из кармана и показал остальным.
Потом аккуратно сложил его и засунул обратно.
— Для чего это ты расфрантился, Уилли? — сказал он.
— Идёшь на свидание со своей девочкой?
Уилли Гофф хитро улыбнулся.
Тоби Поттл выпустил из ноздрей великолепную струю дыма.
Ему было двадцать четыре года — безупречный костюм, напомаженные белокурые волосы, розовое от массажа лицо.
— Не скрытничай, Уилли, — сказал он ласково, негромко. — У тебя же есть девушка, верно?
Уилли Гофф самодовольно оскалился. У дальнего конца стойки Тим Маккол, двадцати двух лет, который всё это время медленно выдавливал зажатые в кулаке кубики льда в глубокие защечные мешки, внезапно уронил голову, обрушив радужный, дробный град на мраморную доску.
— У меня их несколько, — сказал Уилли Гофф.
— Может же человек поразвлечься, верно?
Раскрасневшись от пронзительного звенящего смеха, они заулыбались, заговорили почтительней, сняли шляпы перед мисс Тот Уэбстер, мисс Мэри Макгроу и мисс Мартой Коттог, старейшими членами местного кружка золотой молодёжи.
Они потребовали музыки покрепче, вина погромче.
— Как поживаете?
— Ага!
Ага! — сказал Брейди Чэлмерс мисс Мэри Макгроу.
— Где же это вы были?
— Вы об этом никогда не узнаете! — отозвалась она.
Это знали только они двое — их маленькая тайна.
Они многозначительно засмеялись в восторге обладания.