— Она выразительно поглядела на постель.
Он сразу проснулся, весь чувственно насторожившись, и приподнялся на локте. Жаркий поток крови залил его щёки.
Сердце застучало часто и вязко.
— Мы тут одни, — сказала Луиза, улыбаясь.
— На всём этаже, кроме нас, никого нет.
— Почему бы вам не прилечь, если вы ещё не выспались? — спросил он.
— Я вас разбужу, — добавил он мягко и рыцарственно.
— У меня такая маленькая комната.
Там жарко и душно.
Я потому и встала, — сказала Луиза.
— А какая у вас хорошая и большая комната!
— Да, — сказал он.
— И кровать тоже хорошая и большая.
Они умолкли на секунду, полную ожидания.
— Почему бы вам не прилечь здесь, Луиза? — сказал он тихим нетвёрдым голосом.
— Я встану, — поспешно добавил он, садясь на постели.
— Я вас разбужу.
— Нет-нет, — сказала она.
— Мне неловко.
Они опять замолчали.
Она с восхищением смотрела на его худые юные предплечья.
— Ух! — сказала она.
— Вы, наверное, очень сильный.
Он мужественно, с гордым достоинством напряг длинные узкие мышцы и выпятил грудь.
— Ух! — сказала она.
— Сколько вам лет, Джин?
Ему только что исполнилось пятнадцать.
— Скоро шестнадцать, — сказал он.
— А вам, Луиза?
— Мне восемнадцать, — сказала она.
— Девушки, наверное, вам прохода не дают, Джин.
Сколько их у вас было?
— Ну… не знаю.
Немного, — ответил он, не слишком уклонившись от истины.
Ему хотелось говорить — ему хотелось говорить безрассудно, неотразимо, цинично.
Он взволнует её, упоминая серьёзным почтительным тоном, но без обиняков и просто, самые эротические вещи.
— Вам, наверное, нравятся высокие? — сказала Луиза.
— Высокому такая крошка, как я, ни к чему, верно?
Хотя, — быстро добавила она, — это ещё неизвестно.
Говорят, противоположности сходятся.
— Мне не нравятся высокие девушки, — сказал Юджин.
— Они какие-то тощие.
Мне нравятся девушки вашего роста, хорошо сложенные.
— А я хорошо сложена, Джин? — сказала Луиза, вскидывая руки и улыбаясь.
— Да, вы хорошо сложены, Луиза. Прекрасно сложены, — сказал Юджин серьёзно.
— Именно так, как мне нравится.
— Но ведь лицо у меня некрасивое.
Даже безобразное, — сказала она выжидающе.
— У вас вовсе не безобразное лицо.
У вас красивое лицо, — решительно сказал Юджин.