— Ты же мне не сделаешь плохого, Джин?
Ты мне ничего плохого не сделаешь, душка?
Если что-нибудь случится… — сказала она дремотно.
Он уцепился за эту соломинку.
— Я не хочу быть первым.
Я не хочу, чтобы из-за меня ты… Я никогда не был и не буду первым у девушки, — лепетал он, смутно сознавая, что исповедует вслух благородную рыцарскую доктрину.
— Слышишь, Луиза? — Он встряхнул её, потому что она была, как одурманенная.
— Ты должна сказать мне… Я этого не сделаю!
Может быть, я негодяй, но этого я не сделаю никогда.
Слышишь?
— Его голос перешёл в визг, лицо дёргалось, он с трудом говорил.
— Ты слышишь?
Я первый или нет?
Ты должна ответить… когда-нибудь ты… раньше?
Она лениво поглядела на него.
И улыбнулась.
— Нет, — сказала она.
— Я, может быть, негодяй, но этого я не сделаю.
Он забормотал что-то бессмысленное и нечленораздельное.
Задыхаясь, заикаясь, он пытался вновь обрести дар речи. По его перекошенному лицу пробегали судороги.
Она внезапно поднялась и ласково обняла его тёплыми руками.
Нежно, успокаивающе она притянула его к своей груди.
Она гладила его по голове и тихонько приговаривала:
— Конечно, нет, душка.
Я знаю, ты ничего плохого не сделаешь.
Но помолчи.
Ничего не говори.
Как ты разволновался.
Ты весь дрожишь, душка.
Какой ты нервный, душка.
В этом всё дело.
Прямо комок нервов.
Он беззвучно плакал в её объятиях.
Понемногу он успокаивался.
Она улыбнулась и нежно поцеловала его.
— Одевайся, — сказала Луиза.
— Нам пора идти, не то мы никуда не успеем.
От смущения он сунул ноги в туфли миссис Боуден.
Луиза расхохоталась и запустила пальцы ему в волосы.
В военном порту они не нашли ни Боуденов, ни Макса Айзекса.
Молодой матрос взялся показать им корабль.
Луиза поднялась по железной лестнице, резко покачивая бёдрами и показывая лодыжки.
Она нахально уставилась на фотографию хористки, вырезанную из «Полицейских ведомостей».
Молодой матрос завёл глаза с простодушной лихостью.
Потом старательно подмигнул Юджину.
Палуба «Орегона».
— А это для чего? — спросила Луиза, показывая на след адмирала Дьюи, обрисованный шляпками гвоздей.
— Он стоял здесь во время сражения, — объяснил матрос.
Луиза поставила свою маленькую ножку на отпечаток большой ноги.
Матрос подмигнул Юджину.