— Ты просто слепая!
Все об этом говорят!
Они же просто живут вместе!
— Последнее подразумевало отношения между беспутным молодым алкоголиком и красивой, молодой, слегка туберкулёзной брюнеткой.
Юджину было поручено выкурить эту пару из норы.
Он стойко ждал под дверью брюнетки, глядя в дверную щель на пляску теней на стене.
На исходе шестого часа осаждённые сдались — молодой человек вышел.
Мальчик — бледный, но гордый своей миссией, — сказал осквернителю семейного очага, что он должен немедленно уехать.
Молодой человек согласился с пьяным добродушием и немедленно собрал свои вещи.
Миссис Перт это очищение дома не коснулось.
— В конце-то концов, — сказала Хелен, — что мы о ней знаем?
Пусть говорят про Толстушку, что хотят.
Мне она нравится.
Декоративные растения, букеты, цветы в горшках, подарки, съезжающиеся гости.
Гнусавое однообразное дребезжание пресвитерианского священника.
Густая толпа.
Победный грохот
«Свадебного марша».
Вспышка магния: Хью Бартон и молодая жена, глядящие перед собой испуганно и растерянно; Гант, Бен, Люк и Юджин с широкими смущёнными улыбками, Элиза, возвышенно-печальная, миссис Селборн и загадочная улыбка; хорошенькие подружки, счастливый смех Перл Хайнс.
Когда церемония закончилась, Элиза и её дочь, рыдая, упали друг другу в объятия.
Элиза без конца повторяла всем гостям по очереди:
Сын — сын лишь до свадьбы своей, господа,
Но дочерью дочь остаётся всегда.
Это её утешало.
Наконец, увядшие, они выбрались из плотных тисков поздравляющих гостей.
Бледные, поглупевшие от страха мистер и миссис Хью Бартон сели в закрытый автомобиль.
Дело было сделано!
Ночь им предстояло провести в «Бэттери-Хилл».
Бен заказал там номер-люкс для новобрачных.
А завтра! — свадебное путешествие на Ниагару.
Перед отъездом Хелен поцеловала Юджина с проблеском прежней любви.
— Увидимся осенью, милый.
Приходи к нам, как только устроишься!
Ибо Хью Бартон начинал женатую жизнь на новом месте.
Он переезжал в столицу штата.
А уже было решено, главным образом, Гантом, что Юджин будет учиться в университете штата.
Но Хью и Хелен не отправились в свадебное путешествие на следующее утро, как собирались.
Ночью в «Диксиленде» тяжело занемогла старая миссис Бартон.
На этот раз могучий пищеварительный аппарат не выдержал испытаний, которым она его подвергала на предсвадебных пиршествах.
Она чуть не умерла.
Хью и Хелен на следующее утро вернулись в дом, где увядали лилии и осыпалась мишура.
Хелен бросила всю свою энергию на уход за старухой; властная, яростная, неукротимая, она вдохнула в неё жизнь.
Через три дня миссис Бартон была уже вне опасности, но выздоровление её было медленным, безобразным и мучительным.
Потянулись длинные утомительные дни, и Хелен всё больше ожесточалась из-за своего испорченного медового месяца.
Выбегая из комнаты больной, она врывалась на кухню к Элизе с перекошенным лицом, не в силах сдержать злость.
— Проклятая старуха!
Иногда мне кажется, что она устроила это нарочно!
Господи, неужели мне в жизни не суждено никакого счастья?
Когда они оставят меня в покое?
Р-рр!