– Ничего.
Этот разговор взволновал госпожу Хартер – когда-то там была комната ее мужа.
В тот же вечер Чарлз снова куда-то ушел. Госпожа Хартер сидела у себя в комнате и с лихорадочным нетерпением слушала радио.
Если и в третий раз она услышит голос мужа, это, без всякого сомнения, подтвердит, что она действительно находится в контакте с потусторонним миром.
И хотя сердце ее билось учащенно, она нисколько не удивилась, когда передача оборвалась и после обычного интервала она услышала далекий голос с ирландским акцентом:
– Мэри… ты уже готова?… Я приду за тобой в пятницу… В пятницу в половине десятого… Не бойся, это будет совсем безболезненно… Будь готова…
И снова зазвучала музыка.
Несколько минут госпожа Хартер сидела совершенно неподвижно.
Лицо ее побледнело, губы сжались и посинели.
Вскоре она поднялась с кресла и пересела к письменному столу.
Дрожащей рукой она написала следующие строки:
«Сегодня в девять часов пятнадцать минут я отчетливо слышала голос моего покойного мужа.
Он сказал мне, что придет за мной в пятницу в половине десятого.
Если я умру в указанный день и час, я хочу, чтобы этот факт стал широко известен как бесспорное доказательство возможности общения с потусторонним миром.
Мэри Хартер».
Перечитав письмо, она вложила его в конверт и написала на нем адрес.
Затем позвала Элизабет и отдала ей письмо.
– Элизабет, если я умру в пятницу вечером, отдай эту записку доктору Мейнеллу.
Не спорь со мной, – сказала она, увидев, что Элизабет собирается ей возражать. – Ты часто говорила, что веришь в предчувствия.
Сейчас у меня тоже предчувствие… Теперь вот что: я оставила тебе по завещанию пятьдесят фунтов.
Мне хочется, чтобы ты получила сто фунтов.
Если я перед смертью не буду в состоянии пойти сама в банк, об этом позаботится господин Чарлз.
Как и прежде, госпожа Хартер оборвала слезливые возражения своей служанки.
Стремясь довести до конца выполнение своего желания, она на другое же утро поговорила с племянником.
– Запомни, Чарлз, если со мной что-нибудь случится, Элизабет должна получить еще пятьдесят фунтов.
– Вы что-то очень мрачны в последние дни, тетя Мэри, – веселым тоном сказал Чарлз. – Что может случиться с вами?
По словам доктора Мейнелла, через двадцать пять лет с лишним мы будем праздновать ваше столетие!
Госпожа Хартер нежно улыбнулась племяннику, но ничего не ответила.
После минутной паузы она спросила:
– Что ты собираешься делать в пятницу вечером, Чарлз?
Чарлз немного удивился:
– Я приглашен на бридж к Юингам в пятницу, но если вы хотите, чтобы я остался дома…
– Нет, – решительно ответила госпожа Хартер. – Ни в коем случае, Чарлз.
Именно в этот вечер я хотела бы остаться одна.
Чарлз с любопытством посмотрел на нее, но госпожа Хартер не нашла нужным давать дополнительные объяснения.
Она была женщиной мужественной и чувствовала, что должна одна, без посторонней помощи, справиться с предстоящим испытанием.
В пятницу вечером в доме было необычайно тихо.
Госпожа Хартер, как всегда, сидела у камина в кресле.
Все ее приготовления были закончены.
Утром она пошла в банк, взяла пятьдесят фунтов и вручила их Элизабет, разобрала все свои личные вещи и составила список распоряжений для Чарлза.
Взяв в руки большой конверт, она вынула из него документ – завещание, посланное ей господином Хопкинсом по ее просьбе.
Она уже раньше внимательно прочла его, а сейчас еще раз просмотрела, чтобы освежить в памяти.
Это был краткий, четкий документ: в благодарность за верную службу она завещала пятьдесят фунтов Элизабет Маршалл, пятьсот фунтов сестре и столько же кузине, все остальное – ее любимому племяннику Чарлзу Риджуэю.
Несколько раз во время чтения госпожа Хартер одобрительно кивнула.
Чарлз будет очень богатым человеком после ее смерти!
Ну что ж! Он заслужил это! Всегда относился к ней с любовью и добротой.
Всегда был весел и старался угодить ей.
Госпожа Хартер посмотрела на часы.
Три минуты до половины десятого.
Нервы ее были напряжены до предела.