Может быть, ты и сегодня пришла отнять его у меня? - продолжала Эмилия, словно в бреду.
- Он был здесь, а теперь его нет.
На этой самой кушетке, здесь, он сидел.
Не прикасайся к ней!
Здесь мы сидели и разговаривали.
Я сидела у него на коленях и обнимала его, и мы читали
"Отче наш".
Да, он был здесь. И они пришли и увели его, но он обещал мне вернуться.
- И он вернется, дорогая, - сказала Ребекка, невольно тронутая.
- Посмотри, - продолжала Эмилия, - вот его шарф. Не правда ли, какой красивый цвет? - И, подняв бахрому, она поцеловала ее.
Она еще утром обвязала его себе вокруг талии.
Теперь она, по-видимому, забыла свой гнев, свою ревность и даже самое присутствие соперницы.
Она молча подошла к кровати и с просветленным лицом стала гладить подушку Джорджа.
Ребекка, тоже молча, вышла из комнаты.
- Ну, как Эмилия? - спросил Джоз, который по-прежнему сидел в кресле.
- Ее нельзя оставлять одну, - отвечала Ребекка.
- Мне кажется, ей очень нехорошо! - И она удалилась с весьма серьезным лицом, отвергнув просьбы Джоза остаться и разделить с ним ранний обед, который он заказал.
В сущности, Ребекка была женщина не злая и услужливая, а Эмилию она, пожалуй, даже любила.
Упреки подруги были скорее лестны Ребекке, как жалобы побежденной.
Встретив миссис О'Дауд, которую проповеди декана нисколько на этот раз не утешили и которая уныло бродила по парку, Ребекка подошла к ней, несколько удивив этим майоршу, не привыкшую к таким знакам внимания со стороны миссис Родон Кроули. Услышав, что бедняжка миссис Осборн находится в отчаянном состоянии и почти лишилась от горя рассудка, добрая ирландка тотчас же решила навестить свою любимицу и постараться ее утешить.
- У меня и своих забот достаточно, - важно заметила миссис О'Дауд, - и я думала, что бедняжка Эмилия не очень нуждается сегодня в обществе.
Но если ей так плохо, как вы говорите, а вы не можете остаться с ней, хотя так всегда ее любили, я, конечно, попробую ей чем-нибудь помочь.
До свидания, сударыня. С этими словами обладательница "репетитора" тряхнула головой и зашагала прочь от миссис Кроули, общества которой она нисколько не искала.
Бекки с улыбкой на устах смотрела ей вслед.
Она была очень чувствительна ко всему смешному, и парфянский взгляд, брошенный через плечо удалявшейся миссис О'Дауд, почти рассеял тяжелое состояние духа миссис Кроули.
"Мое почтение, сударыня, очень рада, что вы так веселы, - подумала Пегги.
- Уж вы-то, во всяком случае, не выплачете себе глаз от горя".
И она быстрыми шагами направилась к квартире миссис Осборн.
Бедняжка все еще стояла возле кровати, где Ребекка оставила ее; она почти обезумела от горя.
Жена майора, женщина более твердая духом, приложила все старания, чтобы утешить свою юную приятельницу.
- Надо крепиться, милая Эмилия, - сказала она. - А то вдруг вы расхвораетесь к тому времени, когда ваш муж пошлет за вами после победы.
Ведь вы не единственная женщина, которая находится сегодня в руках божьих.
- Я знаю.
Знаю, что я дурная и слабохарактерная, - ответила Эмилия.
Она отлично сознавала свою собственную слабость.
Присутствие ее более решительного друга подействовало на нее ободряюще. В обществе миссис О'Дауд ей сразу стало лучше.
Они долго пробыли вместе; сердца их следовали все дальше и дальше за ушедшей колонной.
Ужасные сомнения и тоска, молитвы, страх и невыразимое горе сопровождали полк.
Это была дань, которую платили войне женщины.
Война всех одинаково облагает данью: мужчины расплачиваются кровью, женщины - слезами.
В половине третьего произошло событие, чрезвычайно важное в повседневной жизни мистера Джозефа: подали обед.
Воины могут сражаться и погибать, но он должен обедать.
Он вошел в комнату Эмилии, чтобы уговорить ее поесть.
- Ты только попробуй, - сказал Джоз. - Суп очень хороший.
Пожалуйста, попробуй, Эмми, - и он поцеловал ей руку.
Он уже много лет не делал этого, за исключением того дня, когда она выходила замуж.
- Ты очень добр и ласков, Джозеф, - ответила Эмилия.
- И все добры ко мне; только, пожалуйста, позволь мне сегодня остаться у себя в комнате.
Зато майорше О'Дауд аромат супа показался очень привлекательным, и она решила составить компанию мистеру Джозу.
Они вдвоем уселись за стол.