Агамемнон не пожелал показаться в своей классической тунике и держался на заднем плане вместе с Эгистом и другими исполнителями.
Мистер Бедуин Сэндс вывел вперед Зулепку и Клитемнестру.
Некий член королевской фамилии потребовал, чтобы его представили очаровательной Клитемнестре.
- Ну что?
Пронзили его насквозь?
Теперь можно выйти замуж за кого-нибудь другого? - таково было удачное замечание, сделанное его королевским высочеством.
- Миссис Родон Кроули была неподражаема, - заметил лорд Стайн.
Бекки засмеялась, бросила на него веселый и дерзкий взгляд и сделала очаровательный реверанс.
Слуги внесли подносы, уставленные прохладительными лакомствами, и актеры скрылись, чтобы подготовиться ко второй шараде.
Три слога этой шарады изображались как три действия одной пьесы, и представление было разыграно в таком виде:
Первый слог.
Полковник и кавалер ордена Бани Родон Кроули, в шляпе с широкими полями и в длинном плаще, с посохом и с фонарем, взятым для этого случая из конюшни, проходит через сцену, громко выкрикивая что-то, как бы оповещая жителей о позднем часе.
В окне нижнего этажа видны два странствующих торговца, видимо, играющие в крибедж и усердно зевающие за игрой.
К ним подходит некто, смахивающий на коридорного (по чтенный Дж.
Рингвуд), - каковую роль молодой джентльмен провел в совершенстве, - и стаскивает с них сапоги. Появляется служанка (достопочтенный лорд Саутдаун) с двумя подсвечниками и грелкой.
Служанка поднимается в верхний этаж и согревает постель.
С помощью этой же грелки она отваживает не в меру любезных торговцев.
Служанка уходит.
Торговцы надевают ночные колпаки и опускают шторы.
Выходит коридорный и закрывает ставни на окнах нижнего этажа.
Слышно, как он изнутри задвигает засовы и закрывает дверь на цепочку.
Все огни гаснут.
Myзыка играет "Dormez, dormez, chers Amours!" {"Спите, спите, любимые!" (франц.).}.
Голос из-за занавеса говорит:
- Первый слог.
Второй слог.
Лампы сразу загораются.
Музыка играет старую мелодию из "Иоанна Парижского": "Ah, quel plaisir d'etre en voyage!" {"О, как приятно быть в пути!" (франц.).} Декорация та же.
На фасаде дома, между первым и вторым этажами, вывеска, на которой нарисован герб Стайнов.
По всему дому беспрерывно звонят звонки.
В нижнем помещении один человек показывает другому длинную полосу бумаги; тот машет кулаком, грозит и клянется, что это грабеж.
"Конюх, подавайте мою коляску!" - кричит кто-то третий у дверей.
Он треплет горничную (достопочтенного лорда Саутдауна) по под бородку; та, по-видимому, горюет, провожая его, как горевала Калипсо, провожая другого знаменитого путешественника, Улисса.
Коридорный (почтенный Дж.
Рингвуд) проходит с деревянным ящиком, в котором стоят серебряные жбаны, и выкрикивает:
"Кому пива?" - так смешно и естественно, что вся зала разражается аплодисментами и актеру бросают букет цветов.
За сцепоп раздается щелканье бича.
Хозяин, горничная, слуга бросаются к дверям. Но в тот момент, когда подъезжает какой-то именитый гость, занавес падает и невидимый режиссер спектакля кричит:
- Второй слог!
- Мне кажется, это означает "отель", - говорит лейб-гвардеец капитан Григ. Общий хохот: капитан очень недалек от истины.
Пока идет подготовка к третьему слогу, оркестр начинает играть морское попурри: "Весь в Даунсе флот на якорь стал",
"Уймись, Борей суровый",
"Правь, Британия",
"Там, в Бискайском заливе, эй!". Ясно, что будут происходить какие-то события на море.
Звонит колокол, занавес раздвигается.
"Джентльмены, сейчас отчаливаем!" - восклицает чей-то голос.
Люди начинают прощаться.
Они со страхом указывают на тучи, которые изображаются темным занавесом, и боязливо качают головами.
Леди Сквимс (достопочтенный лорд Саутдаун) со своей собачкой, сундуками, ридикюлями и супругом занимает место и крепко вцепляется в какие-то канаты.
Очевидно, это корабль.