– Ну, кажется, все.
– Прощайте, полковник.
ГЛАВА 45
Они выехали на дорогу, и ранняя тьма стала сгущать вокруг.
– Сверните налево, – сказал полковник.
– Но ведь та дорога не на Триест, господин полковник, – сказал Джексон.
– Ну и шут с ней, с дорогой на Триест.
Я приказал вам свернуть налево.
Вы думаете, на свете только одна дорога на Триест?
– Нет, господин полковник.
Я только хотел обратить внимание господина полковника…
– А вас, черт возьми, никто не просит обращать мое внимание на что бы то ни было! И пока я сам не заговорю, извольте молчать.
– Слушаюсь, господин полковник.
– Извините, Джексон.
Я хотел сказать, что знаю, куда ехать, и мне хочется спокойно подумать.
– Так точно, господин полковник.
Они ехали по старой дороге, которую он так хорошо помнил, и полковник думал: «Ну вот, я послал четыре обещанных утки в „Гритти“.
Охота была не очень удачная, жене того парня не много достанется перьев. Да, от перьев ей проку не будет.
Но утки крупные, жирные – просто объедение.
Эх, забыл дать Бобби колбасы».
И написать Ренате записку не было времени.
«Но что бы я мог написать в записке, кроме того, что мы уже сказали друг другу?»
Он сунул руку в карман и достал карандаш и блокнот.
Включив лампочку для чтения карты, он раненой рукой написал заглавными печатными буквами короткий приказ.
– Спрячьте в карман, Джексон, и, если придется, действуйте соответственно.
Если произойдет то, что здесь указано, выполняйте.
– Слушаюсь, господин полковник, – сказал Джексон и, взяв свободной рукой сложенный листок, сунул его в верхний левый карман мундира.
«Ну а теперь отдыхай, – сказал себе полковник. – У тебя осталась одна забота – о себе, а это уже роскошь.
Армии Соединенных Штатов ты больше не нужен.
Тебе это ясно дали понять.
С девушкой своей ты простился, и она простилась с тобой.
Тут дело обстоит совсем просто.
Стрелял ты хорошо, и Альварито все понимает.
Ну что ж.
Так какого же черта ты волнуешься?
Ты же не из тех хлюстов, которые беспокоятся, что с ними будет, когда уже все равно ничем не поможешь?
Думаю, что ты не такой».
И тут его схватило – он этого ждал с тех пор, как они собрали чучела.
«Еще два раза – и конец, – думал он, – хотя мне обещали, что я выдержу четыре.
Я всегда был везучий, как последний сукин сын».
Тут его опять схватило, и очень сильно.
– Джексон, – сказал он, – знаете, что однажды сказал генерал Томас Джексон?
В тот раз, когда его настигла безвременная кончина?
Я даже выучил это наизусть.
За достоверность, конечно, не ручаюсь.
Но так, во всяком случае, передают. «А.
П.
Хиллу приготовиться к атаке», – сказал он.
Потом начал бредить.
А потом сказал: