«Что я куплю на дерьмовые три с половиной тысячи? А он славный старик…»
– Хотите, я пошлю с вами вон того человека? – Лодочник показал на дряхлого старика, которого на пристани гоняли по всяким поручениям; он всегда был готов оказать непрошеную помощь – подсадить или ссадить под локоток пассажира, который в этом совсем не нуждался, – а потом с поклонами стоял, протягивая старую фетровую шляпу. – Он сведет вас на пароходик.
Следующий отходит через двадцать минут.
– Черт с ним, – сказал полковник. – Отвезите нас сами до «Гритти».
– Con piacere.
Полковник и Джексон спустились в лодку, похожую на гоночный катер.
Она сияла лаком, была любовно надраена и оснащена крошечным двигателем «Фиат» – он явно отслужил свой век на машине какого-нибудь провинциального доктора, был куплен на свалке автомобильного сырья (что-что, а эти кладбища механических ископаемых теперь найдешь возле любого населенного пункта!), переделан и переоборудован для новой жизни на каналах Венеции.
– Мотор хорошо работает? – спросил полковник.
Он слышал, как мотор чихает, словно подбитый танк или самоходное орудие, только звук был гораздо слабее, потому что силенок у него было меньше.
– Да так себе, – признался лодочник, помахав свободной рукой.
– Вам бы надо достать маленькую модель «Универсал».
Самый надежный и самый легкий морской двигатель, какой я знаю.
– Мало ли что мне надо достать! – сказал лодочник.
– Может, год выдастся хороший.
– Дай-то бог.
Из Милана на Лидо приезжает много pescecani играть в рулетку.
Но разве кто захочет сесть в эту лодку во второй раз?
А лодка хорошая.
Прочная, удобная.
Конечно, нет у нее такой красоты, как у гондолы.
Но ей нужен мотор.
– Постараюсь достать вам мотор с «Виллиса».
Из тех, что были списаны, – вы сможете его перебрать?
– Чего зря говорить? – сказал лодочник. – Разве это возможно?
Я и думать об этом не хочу.
– Почему же? – сказал полковник. – Я знаю, что говорю.
– И не шутите?
– Нисколько.
Правда, голову наотрез не дам.
Но постараюсь.
У вас много детей?
– Шестеро.
Два мальчика и четыре девочки. – Видно, вы не очень-то верили в фашистскую власть.
Всего шестеро!
– А я и не верил.
– Вы мне голову не морочьте, – сказал полковник. – Ничего удивительного, если вы в нее верили.
Думаете, теперь, когда мы победили, я вас стану этим попрекать?
«Ну вот мы и проехали самую унылую часть канала – она тянется от Пьяццале-Рома до Ка'Фоскари; впрочем, и тут нет ничего унылого», – подумал полковник.
Нельзя же, чтобы повсюду были одни дворцы и церкви.
А вот здесь уж никак не уныло!
Он поглядел направо – по правому борту, поправил он себя.
Ведь мы на судне!
Они плыли мимо длинного, низкого приветливого здания; рядом с ним стояла траттория.
"Эх, хорошо бы здесь поселиться!
Пенсии мне вполне хватит.
Конечно, не в «Гритти-палас».
Снять бы комнату в доме вроде этого и смотреть на приливы, отливы и проплывающие мимо лодки.
По утрам читать, до обеда гулять по городу, каждый день ходить в Academia смотреть на Тинторетто и в Scuola San-Rocco, есть в хороших дешевых ресторанчиках за рынком, а вечером хозяйка, может, и сама сготовит что-нибудь на ужин.
Обедать лучше не дома, чтобы и после обеда можно было пройтись.
В этом городе хорошо гулять.