– Нет.
Пусть только попробует.
И потом, я им скажу, что это портрет моей дочери.
– А у тебя когда-нибудь была дочь?
– Нет, но мне всю жизнь хотелось, чтобы она была.
– Но я могу быть тебе и дочерью тоже.
– Тогда это будет кровосмешением.
– В таком старинном городе, как наш, это никого не испугает. Чего тут только не видали!
– Послушай, дочка…
– Вот и хорошо, – сказала она. – Мне это очень нравится.
– Ну и слава богу, – сказал полковник. Его голос звучал чуть-чуть хрипло. – Мне тоже нравится.
– Теперь ты понимаешь, за что я тебя люблю, хоть и знаю, что этого не надо?
– Послушай, дочка… Где мы будем ужинать?
– Где хочешь!
– Давай поужинаем в «Гритти»?
– Давай.
– Тогда позвони домой и спроси разрешения.
– Не хочу.
Я не буду просить разрешения, я просто им скажу, где я ужинаю, чтобы они не беспокоились.
– Но ты в самом деле хочешь ужинать в «Гритти»?
– Конечно.
Это очень хороший ресторан, и ты там живешь, и все могут нас там видеть.
– С каких пор ты стала такой?
– А я и была такая.
Мне всегда было все равно, что обо мне думают.
И потом, я никогда не делала того, чего надо было стыдиться, разве что врала, когда была маленькая, и грубила.
– Эх, как бы я хотел, чтобы мы могли пожениться и родить пятерых сыновей, – сказал полковник.
– Я тоже, – сказала девушка. – И разослать их в пять разных концов света.
– А разве у света пять концов?
– Не знаю, – сказала она. – Пока я говорила, мне казалось, что да.
Ну вот видишь, мы опять веселимся правда?
– Да, дочка.
– Ну-ка, скажи еще раз.
Повтори, как ты сказал.
– Да, дочка.
– Ах, – сказала она. – Почему у людей все так сложно?
Можно мне подержать твою руку?
– Она такая уродливая, мне самому противно на нее смотреть.
– Ты даже не понимаешь, какая у тебя рука!
– Это, конечно, дело вкуса, – сказал он. – Но ты, дочка, все же не права.
– Может быть.
Но видишь, мы опять веселимся, а то плохое, что у нас было на сердце, теперь ушло.
– Ушло, как туман из низины, когда над холмами встает солнце, – сказал полковник. – И ты – это солнце.
– А мне хочется быть похожей на луну.
– Ты и луна тоже. И любая другая планета, какая тебе нравится, и я даже могу тебе точно сказать, где эта планета находится.
Господи Иисусе, дочка, да если хочешь, будь хоть целым созвездием.
– Нет, лучше я буду луной.
У нее тоже есть свои неприятности.
– Да.
Невзгоды и к ней приходят в положенный срок.