Он человек славный.
– Объясните. Он ведь тоже не из тех, кто выбирает вино по этикеткам.
– Правильно.
А пока пейте это.
Оно тоже хорошее.
– Да, – сказал полковник. – Но ему далеко до шамбертена.
– А что мы пили когда-то?
– Что попало, – сказал полковник. – Но теперь я ищу совершенства.
Или, вернее, не совершенства вообще, и того, какое могу купить за свои деньги.
– Я ищу его тоже, – сказал Gran Maestro. – Но тщетно.
Что вы хотите на десерт?
– Сыр, – сказал полковник. – А ты, дочка?
Увидев Альварито, девушка притихла и теперь казалась рассеянной.
Она о чем-то раздумывала, а голова у нее была светлая.
– Пожалуйста, сыру, – сказала она. В эту минуту она была далека от них.
– А какого вам сыру?
– Принесите что есть, а мы выберем, – сказал полковник.
Когда Gran Maestro ушел, полковник спросил ее: – Что с тобой, дочка?
– Ничего.
Ровно ничего.
Как всегда, ничего.
– Тогда не витай в облаках.
У нас для такой роскоши нету времени.
– Да.
Ты прав.
Давай займемся сыром.
– Тебе не нравится, что я сказал?
– Да нет, – сказала она. – Положи правую руку в карман.
– Хорошо, – сказал полковник. – Сейчас.
Он положил правую руку в карман и нащупал то, что там лежало, сперва кончиками пальцев, потом всеми пятью пальцами и, наконец, ладонью, искалеченной ладонью.
– Прости, – сказала она. – А теперь давай опять веселиться.
И займемся сыром.
– Отлично, – сказал полковник. – Интересно, какой сыр он нам принесет?
– Расскажи о последней войне. А потом мы поедем кататься на холодном ветру в гондоле.
– Да это не так уж интересно, – сказал полковник. – Правда, для нас, военных, такие вещи всегда интересны.
Но в этой войне было всего три, самое большее четыре этапа, которые интересовали меня.
– Почему?
– Мы сражались с уже разбитым противником, у которого были прерваны коммуникации.
На бумаге мы уничтожили целую уйму дивизий, но все это были призрачные дивизии.
Не настоящие.
Их уничтожала наша тактическая авиация, прежде чем они успевали сосредоточиться.
Трудно было только в Нормандии из-за рельефа, да еще когда мы прорвали фронт и должны были держать брешь, чтобы могли пройти танки Джорджи Паттона.
– А как это делают прорыв для танков?
Расскажи, пожалуйста.
– Сперва дерутся, чтобы захватить город на скрещении главных дорог.
Назовем этот город хотя бы Сен-Ло.
Потом надо оседлать дороги, взяв соседние города и деревни.
Противник удерживает главную линию обороны, но не может стянуть дивизии для контрудара, так как штурмовая авиация перехватывает их на дорогах.
Тебе не скучно?
Мне все это надоело до чертиков.