– Ты приобщилась к тайне, – возгласил Gran Maestro.
– Я счастлива и очень горжусь, что вступила в Орден, – сказала девушка. – Но, честно говоря, какой-то он грубый, ваш Орден.
– Что верно, то верно, – сказал полковник. – А теперь, Gran Maestro, долой таинственность и скажите, что мы будем есть?
– На первое: жюльен из крабов по-венециански, но холодный.
В кокотнице.
Потом камбала для вас, а для вас, сударыня, поджарка.
Какие прикажете овощи?
– Все, какие есть, – сказал полковник.
Gran Maestro ушел, и полковник сперва посмотрел на девушку, а потом на Большой канал за окном, на волшебные переливы света, которые были видны даже отсюда, из самого дальнего конца бара, ловко переоборудованного в ресторан, и сказал: – Дочка, я тебе говорил, что я тебя люблю?
– Ты мне давно этого не говорил.
Но я тебя люблю.
– А что бывает с людьми, которые любят друг друга?
– У них, наверное, что-то есть – что бы оно ни было, – и они счастливее других людей.
А потом одному из них навек суждена пустота.
– Не хочу быть грубым, – сказал полковник. – А то я мог бы тебе ответить.
Но, пожалуйста, чтобы не было у тебя никакой пустоты!
– Постараюсь, – сказала девушка. – Я сегодня стараюсь с самого утра, с тех пор как проснулась.
Я стараюсь с тех пор, как мы узнали друг друга.
– Вот и старайся, дочка.
Потом полковник сказал Gran Maestro, который отдал, свои распоряжения и вернулся: – Бутылку этого vino secco со склонов Везувия к камбале.
Ко всему остальному у нас есть вальполичелла.
– А мне нельзя запивать поджарку вином с Везувия? – спросила девушка.
– Рената, дочка, конечно, можно.
Тебе все можно.
– Если уж пить вино, я хочу пить такое, как ты.
– Хорошее белое вино в твоем возрасте идет и к поджарке, – сказал полковник.
– Жалко, что у нас такая разница в возрасте.
– А мне это как раз нравится, – возразил полковник. – Не считая того… – прибавил он и вдруг осекся, а потом сказал: – Давай будем fraTche et rose comme aujour de bataille.
– Кто это сказал?
– Понятия не имею.
Я это слышал, когда учился в College des Marechaux. Довольно претенциозное название, правда?
Колледж я все-таки кончил.
Но лучше всего я знаю то, чему выучился у фрицев, воюя с ними.
Самые лучшие солдаты – это они.
Вот только силы свои рассчитать никогда не умеют.
– Давай будем такими, как ты сказал, и, пожалуйста, повтори, что ты меня любишь.
– Я тебя люблю, – сказал он. – Можешь не сомневаться.
Уж ты мне поверь.
– Сегодня суббота, – сказала она. – А когда будет следующая суббота?
– Следующая суббота – праздник ненадежный, дочка.
Покажи мне человека, который что-нибудь может сказать про следующую субботу.
– Ты бы сам сказал, если бы захотел.
– Спрошу Gran Maestro, может, он знает.
Gran Maestro, когда будет следующая суббота?
– A Pagues ou a la Trinite, – сказал Gran Maestro.
– Но почему из кухни не доносится никаких ароматов для поднятия нашего духа?
– Потому что ветер дует не в ту сторону.
"Да, – думал полковник. – Ветер дует не в ту сторону, а как бы я мог быть счастлив, если бы у меня была эта девушка, а не та женщина, которой я плачу алименты, хотя она не смогла даже родить мне ребенка!
А ведь грозилась, что родит.
Но разве поймешь, кто тут виноват?