– Я не скажу вам ничего, – раздраженно проворчал Рэднор. – Я не делаю заявлений для прессы.
– Мистер Гейлорд, – промолвил Терри, напуская на себя кротость и терпение, – прошу вас извинить меня за то, что я задеваю болезненную, насколько я знаю, тему и, будьте любезны, расскажите мне, не приходило ли вам когда-нибудь в голову, что ваш брат Джефферсон, возможно, тайно вернулся, стащил облигации из сейфа, а две недели спустя, совершенно случайно, встретил полковника Гейлорда в пещере одного…
Рэднор повернулся к нему, вспыхнув от ярости. На какой-то миг мне показалось, что он ударит его, поэтому я бросился вперед и схватил его за руку.
– Быть может, Гейлорды и мерзавцы, но они не лжецы и не трусы.
Они не убегают, а остаются и отвечают за последствия своих действий.
Терри серьезно кивнул.
– Еще один вопрос и я закончу.
Что с вами произошло в тот день в пещере?
– Не вашего ума дело!
Я нерешительно взглянул на Терри, не уверенный, как он это воспримет, но он, казалось, не обиделся.
Он оглядывал Рэднора с видом заинтересованного одобрения, и его улыбка становилась все шире.
– Я рад, что вы храбрый, – заметил он.
– Говорю вам, я не больше вашего знаю, кто убил моего отца, – воскликнул Рэднор. – Вам не следует приходить сюда и задавать вопросы.
Идите и найдите убийцу, если можете, а если нет – повесьте меня и дело с концом.
– Не думаю, что нам стоить отнимать время у мистера Гейлорда, – сказал мне Терри. – Я узнал почти все, что хотел.
Мы еще к вам заглянем, – прибавил он многообещающе Рэднору. – Всего хорошего.
Когда мы выходили в дверь, он обернулся на секунду и произнес с некоторой язвительностью:
– Когда я приду в следующий раз, Гейлорд, вы пожмете мне руку! – Порывшись в кармане, он извлек мою телеграмму от комиссара полиции и швырнул на койку. – А пока вам есть о чем поразмышлять.
До свидания.
– Ты хочешь сказать, – осведомился я, когда мы снова забрались в повозку, – Рэднор действительно думал, что Джефф виновен?
– Ну, не совсем.
Хотя представляю, какое облегчение он испытает, узнав, что в момент совершения убийства Джефф находился в трех тысячах миль отсюда.
По дороге домой Терри только раз проявил интерес к окрестностям, и было это, когда мы проезжали деревню Ламберт-Корнерс.
Он заставил меня перевести лошадей на шаг и объяснить назначение каждого из порядка дюжины строений на площади.
У
«Лавки Миллера» он неожиданно решил, что ему необходимы несколько марок. Я ждал снаружи, в то время как он покупал марки, а также что-нибудь выпить в приватной задней комнате.
– Нет ничего лучше, чтобы разнюхать что к чему, – заметил он, залезая в повозку. – Этот Миллер – живописный старикашка.
Он полагает, что связь Рэднора Гейлорда с преступлением – чистой воды бред. Рэд его клиент, и запирать мальчишку туда, где он не может тратить деньги – это откровенное жульничество.
До окончания поездки Терри помалкивал и я не решался его прервать.
С некоторых пор во мне зародилось суеверное чувство, что его молчание предвещает нечто зловещее.
Когда я остановился, чтобы открыть ворота на тропинку, ведущую к нашему дому, он внезапно выпалил:
– Где живет семейство Мэзерс?
– В двух милях дальше по железной дороге… к делу они не имеют никакого отношения и ничего не знают.
– А… может, и не имеют.
Не слишком ли поздно ехать к ним сегодня?
– Да, – возразил я, – уже поздно.
– О, прекрасно, – добродушно заметил он. – Утром будет достаточно времени.
Я оставил это без комментариев, но одно решил окончательно: Полли Мэзерс никогда не попадет в лапы к Терри.
– Я хочу задать тебе много вопросов о твоем привидении, но погожу, пока не осмотрюсь … и не поужинаю, – прибавил он со смехом. – В этом поезде не было вагона-ресторана, а я рано позавтракал и пропустил обед.
– Вот мы и пришли, – произнес я, когда дом оказался в нашей видимости. – Повар ждет нас.
– Так вот он какой – дом Гейлордов?
Чудесное старинное здание!
Когда его построили?
– Наверное, около 1830 года.
– Постой-ка, Шеридан проехал через долину Шенандоа, сжигая все, что попадалось на его пути.
Как же вышло, что этот дом избежал сей участи?
– Даже не представляю, как ему это удалось.
Понимаешь, он отстоит в целой миле от главной дороги и хорошо укрыт деревьями, так что полагаю, они торопились и упустили его из виду.
– А что это за выстроившиеся в ряд лачуги?
– Те самые негритянские хижины с привидениями.