Я все еще, как зачарованный, упивался этой волшебной панорамой, как вдруг тяжелая рука профессора опустилась на мое плечо.
- Смотрите сюда, мой юный друг, - сказал он. - Vestigia nulla retrorsum!1 Стремитесь вперед, к нашей славной цели!
Я перевел взгляд на плато. Оно лежало на одном уровне с нами, и зеленая кайма кустарника с редкими деревьями была так близко от утеса, что я невольно усомнился: неужели она действительно недосягаема?
На глаз эта пропасть была не больше сорока футов шириной, но не все ли равно - сорок футов или четыреста?
Я ухватился за ствол дерева и заглянул вниз, в бездну.
Там, на самом ее дне, чернели крохотные фигурки индейцев, смотревших на нас.
Обе стены - и утеса и горного кряжа - были совершенно отвесные.
- Любопытная вещь! - послышался сзади меня скрипучий голос профессора Саммерли.
Я оглянулся и увидел, что он с величайшим интересом разглядывает дерево, которое удерживало меня над бездной.
В этой гладкой коре и маленьких ребристых листьях было что-то страшно знакомое.
- Да ведь это бук! - воскликнул я.
- Совершенно верно, - подтвердил Саммерли.
- Наш земляк тоже попал на чужбину.
- Не только земляк, уважаемый сэр, но и верный союзник, если уж на то пошло, - сказал Челленджер.
- Этот бук окажется нашим спасителем.
- Мост! - крикнул лорд Джон. - Боже милостивый, мост!
- Правильно, друзья мои, мост!
Недаром я вчера целый час ломал себе голову, все старался найти какой-нибудь выход.
Если наш юный друг помнит, ему уже было сказано однажды, что Джордж Эдуард Челленджер чувствует себя лучше всего, когда его припирают к стене.
А вчера - вы, конечно, не станете этого отрицать - мы все были приперты к стене.
Но там, где интеллект и воля действуют заодно, выход всегда найдется.
Через эту пропасть надо перекинуть мост.
Вот он, перед вами!
Действительно, блестящая мысль!
Дерево было не меньше шестидесяти футов вышиной, и если оно ляжет так, как надо, пропасть будет перекрыта.
Готовясь к подъему, Челленджер захватил с собой топор.
Теперь он протянул его мне.
- У нашего юного друга завидная мускулатура.
Он лучше всех справится с этой задачей.
Тем не менее прошу вас, делайте только то, что вам будет сказано, и не старайтесь утруждать свои мозги.
Следуя его указаниям, я сделал несколько зарубок на дереве с таким расчетом, чтобы оно упало в нужном направлении.
Задача оказалась нетрудной, так как ствол его сам по себе кренился к плато.
Затем я принялся за работу всерьез, чередуясь с лордом Джоном.
Примерно через час раздался громкий треск, дерево закачалось и рухнуло, утонув вершиной в кустах на противоположной стороне пропасти.
Ствол откатился к самому краю площадки, и на одно страшное мгновение нам показалось, что дерево свалится вниз.
Но оно дрогнуло в нескольких дюймах от края и остановилось. Мост в Неведомую страну был переброшен!
Все мы, не говоря ни слова, пожали руку профессору Челленджеру, а он снял свою соломенную шляпу и отвесил каждому из нас глубокий поклон.
- Мне принадлежит честь первым ступить на землю Неведомой страны, - сказал он. - Не сомневаюсь, что художники будущего запечатлеют этот исторический момент на своих полотнах.
Он уже подошел к краю пропасти, когда лорд Джон вдруг ухватил его за куртку.
- Мой дорогой друг, - сказал он, - я ни в коем случае не допущу этого.
- То есть как, сэр!
- Голова Челленджера откинулась назад, борода вздернулась кверху.
- Во всем, что касается науки, я признаю ваше первенство, потому что вы ученый.
Но это по моей части, так что будьте добры слушаться меня.
- Как это .по вашей части., сэр?
- У каждого из нас есть свое ремесло, и мое ремесло солдатское.
Насколько я понимаю, мы собираемся вторгнуться в неизведанную страну, быть может, битком набитую врагами.
Немножко здравого смысла и выдержки. Я не привык действовать очертя голову.
Доводы лорда Джона были настолько убедительны, что спорить с ним не приходилось.
Челленджер вскинул голову и пожал плечами.