– Дон Педро отправил мумию назад, в усыпальницу среди Анд, – ответил сэр Фрэнк. – Теперь она покоится в могиле, куда сотни лет назад ее уложили индейцы, преданные последнему Инке.
Мы с Инес должны будем по прибытии отправиться в тайный город, куда не пускают иноземцев и где дон Педро правит, как последний Инка. Думаю, мы замечательно проведем время.
По крайней мере, охота там великолепная.
– А как же военная служба? – удивленно поинтересовался Хоуп.
– Мой муж оставил армию, – объяснила Инес. – Его обязанности занимали столько времени, что я целыми днями его не видела.
– Как видите, моя дорогая госпожа Хоуп, я всецело уступил моему тирану домашнего очага, – весело рассмеялся Рендом. – А погостив в этом волшебном городе в Перу, мы вернемся в мой родной Оксфордшир.
Там Инес воцарится как настоящая англичанка, а я превращусь в сельского сквайра.
И, надеюсь, все неприятности останутся позади.
– Если ты не хочешь плыть на мою родину, – добавила Инес, обращаясь к Люси, – то где-нибудь через год я с удовольствием приму вас в нашем английском поместье.
Мы вместе пережили такое испытание, что теперь не должны терять друг друга из виду!
– Всенепременно побываем у вас в Оксфордшире, – заверила подругу Люси, нежно чмокнув ее в щечку.
На следующий день чета Хоупов отправилась в Монте-Карло, чтобы в последний раз повидаться с друзьями перед долгой разлукой.
Стоя на холме, они долго смотрели, как судно становится все меньше и меньше, удаляясь в сторону Южной Америки.
Арчи заметил, что лицо супруги погрустнело.
– Ты жалеешь, что мы не поплыли с ними? – спросил он.
– Нет, – ответила Люси, взяв мужа за руку. – Единственное мое желание – быть все время с тобой.
– Это хорошо, – ответил он и нежно погладил ее руку. – Теперь, когда мы продали всю мебель из «Пирамиды» и избавились от арендного договора, ничто не станет напоминать тебе о зеленой мумии.
– И все же я не могу перестать думать о моем злополучном отчиме, о несчастной госпоже Джашер и о Сиднее Болтоне.
Арчи, как же я рада, что мы смогли выделить вдове Энн небольшую сумму годовых!
В конце концов, именно встреча с моим отчимом погубила ее сына.
– Я с тобой не согласен, любимая.
Всему виной дикий нрав Какаду, – возразил художник. – Я уверен, что профессор Браддок не планировал заранее ни одно из убийств.
Но не стоит больше говорить об этих мрачных вещах, моя дорогая.
Подумай лучше о том, как я однажды стану президентом Королевской академии, а ты – моей леди.
– Я и теперь твоя леди.
Но… – тут Люси чуть запнулась, вспомнив цвета герба Королевской академии. – Но как бы то ни было, а зеленый цвет я буду ненавидеть до самой смерти.
– Жаль. Это – цвет природы.
К тому же, моя дорогая, через год или два ты будешь вспоминать все эти страшные события как туманный сон.
Зеленая мумия ушла из нашей жизни, забрав с собой все неудачи.
– Аминь, и да будет так, – вздохнула миссис Хоуп. – Но нам пора домой. – Она еще раз взглянула на морскую гладь, но яхта сэра Рендома уже растаяла у горизонта.