Однако если бы я не любила его, то ни за что не вышла бы за него замуж.
Понятно?
– Мне понятно то, что ты – очень упрямая девушка. Однако ты должна отказать ему.
Ты должна выйти замуж за того молодого человека, которого я для тебя выберу.
– Ничего подобного.
У вас нет никакого права диктовать мне, за кого выходить замуж.
– Никакого права? Но ведь я – твой отец.
– Вы мне не отец, а отчим. Моя мать вышла за вас, когда я уже родилась.
К тому же я достаточно взрослая, чтобы самой решать, что мне делать.
– Но, Люси, я ведь прошу тебя всего лишь подумать, – теперь в голосе профессора зазвучали просительные нотки.
– Я давно уже обо всем подумала.
Я выйду замуж только за Арчи.
– Но он беден, а Рендом – богат.
– Меня это совершенно не заботит.
Я люблю Арчи и не люблю Фрэнка.
– Значит, из-за твоего упрямства я навсегда потеряю зеленую мумию?
– Вы готовы купить ее ценой моего несчастья?
А я, выходит, должна продать себя человеку, которого не люблю, чтобы вы заполучили в свое распоряжение старый, заплесневелый труп?
Ну все, с меня хватит! – С этими словами девушка повернулась и направилась к двери. – Я больше не хочу слышать об этом ни единого слова.
А если вы вновь заведете разговор на эту тему, я немедленно выйду замуж за Арчи и навсегда покину этот особняк.
– Может быть, мне стоит выгнать тебя прямо сейчас, неблагодарная ты девчонка! – проревел Браддок, от гнева ставший уже даже не красным, а фиолетовым. – Ты только вспомни, сколько я для тебя сделал!
Конечно, мисс Кендал могла бы указать отчиму на то, что если он что-то и делал, то только ради себя.
Но девушка презирала подобные разговоры, поэтому резко повернулась и вышла.
Тут же появился Какаду, и профессор выместил свою злость, пнув беззащитного канака.
Теперь ему ничего не оставалось, как сесть и подумать, где раздобыть средства, необходимые для того, чтобы продолжить расследование.
Глава VIII. Баронет
Сэр Фрэнк Рендом был любезным молодым джентльменом, из тех людей, про кого говорят: «душа нараспашку».
С густыми волосами, высокий, хорошо сложенный, со спортивной фигурой и чудесными манерами, он выглядел светским человеком, напоминающим элегантного офицера из «Звона колоколов», «Семейного вестника» или «Рассказов для молодых дам».
Что-то романтичное было в его ухоженном виде, хотя выглядел он как обычный чистокровный англосакс.
Сэр Фрэнк любил спорт, усердно исполнял свои обязанности капитана артиллерии, не чурался прекрасного пола, кутил и был очень доволен собой и своим приятным времяпрепровождением.
Он читал беллетристику и еженедельные газеты, посвященные спорту, не забивал себе голову политикой, если только речь не шла о возможном вторжении немцев, и был всегда готов оказать добрую услугу любому, кто к нему обращался.
Его приятели-офицеры говорили, что он не так уж плох – и это была очень высокая похвала от обычно сдержанных военных.
Многое говорил о Рендоме и тот факт, что у него не было ни одного врага, и о нем хорошо отзывались все знакомые.
Это был обычный смертный, он не обладал никакими особыми качествами, но никому не завидовал и, соответственно, никто не завидовал ему.
А посему выходило так, что этот молодой офицер был счастлив.
От такого человека, как Рендом, трудно было ждать выдающихся подвигов, да он и не стремился к славе.
Баронет любил свою профессию и собирался как можно дольше оставаться на военной службе.
Он хотел жениться, стать основателем большого семейства и потом, выйдя в отставку, переехать в свое имение и безупречно исполнять роль деревенского сквайра, пока не придет время отправиться на кладбище.
Не то чтобы он был святым или когда-то мог им стать… Ни хороший, ни плохой, Фрэнк был настоящей посредственностью, так как в нем с легкостью уживалось и хорошее, и плохое.
Богословы сулят праведникам рай, а негодяям ад, но вот куда предстоит отправиться серому большинству человечества, такому, как мистер Рендом, совершенно неясно.
Впрочем, этот вопрос никогда не мучил баронета.
Он ходил в церковь, но старался молиться там не очень много, так как считал, что у него в жизни все сложится хорошо само собой.
Это было очень удобно – придерживаться такой поверхностной философии.
Нетрудно было догадаться, что столь бесцветный, хоть внешне и привлекательный молодой человек никогда не привлек бы Люси Кендал, так как, в отличие от Фрэнка, девушка была личностью яркой.
Наверное, поэтому она и влюбилась в Арчибальда Хоупа, который обладал агрессивным артистическим темпераментом, ярко демонстрировавшим все его достоинства и недостатки.
Рендом никогда не имел собственного мнения, заимствуя его из книг или от других людей, отражая, словно зеркало, то, что говорили окружающие. Хоуп имел свое суждение обо всем – верное или нет, он всегда готов был отстаивать его в споре до хрипоты, в то время как Фрэнку было проще согласиться.
Люси унаследовала от своего родного отца схожий характер, и поэтому предпочла Арчибальда.
Если бы молодой баронет все же женился на ней, то быстро обнаружил бы, что из мистера Рендома превратился в мужа леди Рендом, и слишком поздно понял бы, что взял в жены второго Джорджа Элиота.
Когда он с сожалением в голосе поздравлял Арчи Хоупа с его помолвкой, то едва ли понимал, от какой участи спасся.
Профессор Браддок, хотя и был отнюдь не рядовым человеком, не имел обо всем этом понятия, поскольку занятие египтологией не оставляло ему времени для изучения таких банальных вещей.